Кремль «расщепил» Навального — на Мальцева и Собчак

Тот факт, что «большой оппозиционный дизайн» давно уже конструируется не на улице и даже не в отчаянных головах вечно молодых «штурманов будущей бури», а в Кремле, лишний раз подтвердили события последних дней и недель.

Припоминаю те времена – от середины «нулевых» и до «покоренья Крыма», – когда приходилось доказывать вполне просвещенным оппонентам, что русский националистический проект кажется столь безудержно неодолимым только по той причине, что это в данный момент выгодно российской власти. Оппоненты лишь усмехались в ответ и говорили что-то на тему «избыточной конспирологии».

Однако наступил-таки тот самый момент «Х», когда Кремль перестал нуждаться в русском национализме – и как в страшилке для либералов, и как в средстве общей возгонки патриотизма, и как в инструменте внесения внутреннего раздора в массово-протестную уличную активность. И – о чудо! – на Русский марш 4 ноября 2014 года собрались уже не 20-30 тыс. человек, как в предшествующие годы, а всего 2 тысячи. А на следующий год – и вовсе 1 тысяча. А в этом году 4 ноября на Русский марш в Люблино сошлись, по данным наблюдателей центра «Сова» ,  всего 200 человек – впервые меньше, чем на «альтернативный» хоругвеносный марш, обычно сплачивающий ряды у станции метро «Октябрьское поле» – туда на сей раз явились 370 истинно русских людей.

Подконтрольные же де-факто Кремлю организации – такие, как Национально-демократическая партия (НДП) или движение Игоря Стрелкова, – вообще предпочли в 2017 году в День народного единства на улицу не выходить. А ведь именно НДП (после признания судом в 2011 г. «Движения против нелегальной эмиграции» экстремистской организацией) традиционно являлась основным вдохновителем и хедлайнером Русских  маршей.

Одним словом, Русский марш, как и «оппозиционный русский национализм» – в том виде, в котором он «неукротимо» развивался и расширялся вплоть до 2014 года, — схлопнулся в одночасье. Его больше нет. И нет по одной-единственной причине – потому что так решил Кремль…

Столь же унылые словесные баталии приходилось вести на протяжении истекших десяти лет и по поводу феномена Алексея Навального. Приходилось долго и многосложно объяснять, что гомункулус «политического супермена» Алексея Навального, «в одиночку» атакующего и олигархов, и членов администрации президента, и лично «самого», — сконструирован и спродюсирован кремлёвскими парацельсами. И что как только Кремлю угодно будет отказаться от этого инструмента регулярного «стравливания оппозиционного пара» и бесконечного вождения оппозиционных стад по бульварным кольцам, — он исчезнет из информационно-политического пространства очень быстро. Просвещённые оппоненты, однако, в очередной раз усмехались и припоминали всё ту же «избыточную конспирологию».

И вновь – о чудо! Не прошло и месяца с того момента, как Ксения Собчак заявила о том, что собирается участвовать в президентских выборах 2018 года, и Алексей Навальный чудесным образом вдруг стал, подобно весенней Снегурочке, таять на глазах. И «Эхо Москвы» о нем больше почти не вспоминает, и Фонд борьбы с коррупцией (ФБК) не радует фанатов очередными бесстрашными разоблачениями, и уличных акций никаких, вроде бы, от имени Навального не анонсируется.

Более того, и сам он как-то вдруг «полинял и стушевался». Так, в разговоре с корреспондентом «Интерфакса» Навальный вообще отказался комментировать выдвижение Собчак. А ведь за месяц до того, когда вопрос о выдвижении Собчак еще не был решен (и, вероятно, сам Навальный надеялся на то, что еще не рассматривается Кремлем как отработанная фигура),  лидер ФБК высказывался о перспективе выдвижения Ксении Собчак более чем определенно и резко: «Мне будет очень легко ругать Ксению Собчак совершенно прямым текстом, несмотря на то что я нахожусь с ней в хороших отношениях. Насколько я понимаю, она, похоже, приняла решение даже не выдвигать свою кандидатуру, а участвовать в этой довольно омерзительной кремлёвской игре под названием «Давайте притащим на выборы такое либеральное посмешище, чтобы отвлечь внимание»… Я буду очень огорчён и расстроен, если она будет в этом участвовать. Затея Кремля здесь очень простая: они, не знаю, какими возможностями — деньгами, доступом к телевидению, — хотят её привлечь, её кампанию, наверное, будут финансировать олигархи или администрация президента. Для чего? Им нужен карикатурный либеральный кандидат, особенно если они не захотят меня пустить на выборы» (см. цитату здесь).

Разумеется, в конце концов Навальный что-то на тему выдвижения Собчак кандидатом в президенты скажет. И даже, возможно, призовёт сторонников бойкотировать выборы. Но это уже не так важно. Важно то, что сразу он высказаться не смог. Вопрос – почему? Вероятно, потому что не захотел мешать Ксении Собчак стремительно «набрать политический вес», успешно переквалицифировавшись из экс-ведущей Дома-2 и самозваной светской львицы в электорального спарринг-партнера Владимира Путина. Вопрос – почему не захотел мешать? Вероятно, по той причине, что так же, как и Ксения Собчак, и как многие другие «влиятельные политики» современной РФ, является негласным членом «единой команды». А лучше сказать, единой Конторы. Лично я других убедительных причин загадочного молчания Навального по данному вопросу (как и многого другого в его политической биографии) не вижу.

Однако внутренние мотивы Навального в данном случае не так уж важны. Куда важнее то, что на поверхности. А на поверхности – очередное переформатирование Кремлем «большого оппозиционного дизайна». И только что состоявшийся запрет организации «Артподготовка» (признанной судом экстремистской), а также последовавший 5 ноября жёсткий разгон акции сторонников этой структуры, – позволяют увидеть общие очертания данного переформатирования.

Насколько я могу судить, Кремль исходит из следующего. Обозримое будущее России в финансово-экономическом плане выглядит весьма плачевным. И в этой ситуации прежний – навальнинский формат фейковой оппозиционной активности, в основе которой лежало перманентное подогревание в обществе ненависти в адрес «бояр-коррупционеров» и регулярное вождение оппозиционных хороводов по проторенным уличным маршрутам в никуда, – становится потенциально опасным. Ибо в какой-то момент даже такая задуманная как «сливная» уличная активность может выйти из-под контроля. И люди начнут требовать немедленной отставки не «Чурова» и не «Димона», а их непосредственного начальника.

И потому прогулочно-уличный протест, вероятно, решено после выборов 2018 года (а возможно, и до них) перевести в чисто словесный, домашнее-кухонный формат.

Именно поэтому в «фельдфебели» оппозиционно настроенным россиянам вдруг выдаётся Ксения Собчак, которая на словах во многом даже радикальнее Навального (например, по вопросу о Крыме), но на деле – символизирует собой превращение лидера оппозиции из «грозного супермена» в «ласковую гейшу». Этот формат куда более комфортен для стареющего нацлидера, нежели формат противостояния молодому «радикальному красавцу».

Да и, собственно, куда дальше развиваться «разоблачительному проекту» Навального, если он уже дошел до «Димона»? Дальше – «кирпич». И вот из остановившегося перед этим запретительным знаком бронированного оппозиционного джипа, за рулем которого сидит, кусая губы от досады, Алексей Навальный, выходит изящная дама – Ксения Собчак. И продолжает оппозиционное движение, но уже в качестве заведомо умеренного и аккуратного пешехода, который больше не будет ни «переходить на личности», ни звать народ «на баррикады». А будет только делать заявления, давать интервью и проводить пресс-конференции.

В свою очередь, жесткий разгром «Артподготовки» как бы подтверждает: время мало-мальски массовых уличных протестов остается в прошлом. Отныне те, кто вздумает «играть в революцию», будут судиться как террористы и получать до 20 лет, а то и пожизненные сроки. И – о чудо! – скоро мы убедимся, что «протестные гуляния» и прочие унылые оппозиционные забавы куда-то вдруг в одночасье схлынут, подобно Русским маршам.

И не так уж важно, является ли лидер «Артподготовки» Вячеслав Мальцев, сидящий ныне во Франции (куда российские власти позволили ему отъехать, хотя могли, разумеется, этого и не делать), очередным «Азефом». Или же экс-член Единой России и экс-кандидат в депутаты Госдумы от ПАРНАСа «по простоте душевной» призывает сегодня россиян «выходить на улицы и не уходить с них, пока не уйдет Путин». Потому как ясно: с точки зрения интересов Кремля, «если бы Мальцева не было, его следовало бы выдумать». Ибо ничего более удобного (и хорошо отработанного прошлым чекистским опытом), чем наличие «Троцкого» за границей, для того чтобы с легкостью обвинять в терроризме и отправлять в «этапы длинные» любых несогласных или просто неугодных, — нет.

Иными словами, «эпоха Навального» завершилась. Кремль «расщепил» Навального, выделив из него «полезную кухонную Собчак» (как и Навальный, представляющую собой тип оппозиционного политика-одиночки, ведущего с Кремлем бесконечные словесные дебаты) и «вредные уличные примеси» (Мальцева с «Артподготовкой»), которые отныне объявляются вне закона.

Конечно, остается вопрос – как в этом случае Кремль собирается «стравливать пар» и предотвращать «взрыв котла», перегретого раздражением от неуклонно ухудшающихся социально-экономических условий. Думаю, мы получим на этот вопрос заготовленный Кремлём ответ уже в ближайшее время. Я искренне верю в то, что запас идей у кремлевских политтехнологов наработан на долгие годы вперед…

Даниил Коцюбинский