Мы не даем советов, как жить дальше

Что психологи говорят родственникам погибших в авиакатастрофе

В Подмосковье разбился Ан-148 «Саратовских авиалиний», на борту было 71 человек, в том силе 3 петербуржца. Сразу после известия о катастрофе с родственниками погибших пассажиров  начинают работать психологи МЧС. В чем заключается их помощь?

Психотерапевт Станислав Полторак объясняет, что психологи МЧС работают с потерпевшими только в первые несколько дней, их задача – разрешить чрезвычайную ситуацию.

– Задача психотерапевта – научить человека, как ему жить дальше?

– Нет, задача врача – это использовать разные методы терапии, в том числе лекарственные. Я избегаю давать людям советы, как жить. Потому что если пытаться подогнать кому-то замену – заменить семью работой, а друзей новым хобби, – то это будет подходящая замена для того, кто ее придумал, а не для самого пострадавшего. У него своя история, своя биография, свои интересы. Даже если удастся в ходе беседы что-то нащупать, все равно тут будет директивный момент. В любом случае замены всегда стандартные – дело, интересы, друзья. Вовсе не надо с головой уходить в работу, это опасно, а надо перераспределить свою жизнь, чтобы каждой стороне жизни дать побольше места, после того как ушла важнейшая составляющая – семья.

Все это касается людей, которые потеряли в катастрофе всех родных и в силу возраста или других обстоятельств новую семью завести  не могут. Молодые люди, оправившись от потрясения, снова рожают. Или усыновляют.

— А что делать друзьям и знакомым – как выражать сочувствие?

– Лучшее, что могут сделать для человека друзья и знакомые, – сохранить прежние отношения. Даже если они были: раз в день поздоровались – и все. Вот и продолжайте раз в день здороваться, а не искать лишних встреч, по крайней мере, на первых порах. Потому что если сочувствующий будет рыдать у тебя на плече и говорить: «Как же я тебя понимаю», легче от этого наверняка не станет.

– Но ведь и оставлять человека наедине с горем плохо.

– Конечно. Главная задача для пострадавшего – не оставаться наедине с собой, не запираться в домике. Если ты видишь, что кто-то из твоих друзей после беды «запирается», это верный знак для окружающих, что надо звать психолога. Просто нельзя доводить до крайности. Другая крайность – это отказ от отношений. Когда, встречая тебя, бывший знакомый переходит на другую сторону улицы. Люди боятся общаться с инвалидами, а чем пострадавший отличается от инвалида? Только тем, что его несчастье скрыто внутри.

Пострадавший замечает, что бывшие приятели перестают звонить, на улице прячут глаза или вовсе убегают, и если это повторяется с разными людьми, он вполне может «запереться в домике». Тут уж кому как повезет. Иногда ситуация может ухудшиться не сразу, а когда получены деньги – компенсация и страховка. Может объявиться какая-то седьмая вода на киселе, которая скажет: вот тебе заплатили 4 миллиона, а мне нет, а мне позарез нужно 500 тысяч, чтобы…

– Когда к пострадавшим лучше обращаться с предложениями помощи?

– Думаю, до 40 дня точно не надо. У людей хлопоты с оформлением страховых выплат и с похоронами. Это те, кому удалось провести опознание. Тех, кому не удалось, ждет еще генетическая экспертиза, а это недели ожидания. В общем, не раньше чем через месяц жизнь у пострадавших возвращается в обычную колею, в которой они начинают ощущать пустоту.

 

Психолог Елена Кудрявцева считает, что выйти из депрессии пострадавшему можно среди единомышленников по горю.

– Самый простой выход – участие в благотворительности, помогать людям, оказавшимся в схожей ситуации. То есть сначала интегрироваться с людьми, объединенными тем же горем. Правда, есть проблема пожилых людей –  они часто не умеют пользоваться Интернетом.

– Значит, больше всего психолог нужен пожилым?

– Психолог нужен всем, кто из трех механизмов адаптации выбрал два неправильных. Многие неосознанно выбирают неверный механизм. Или уходят из жизни, причем не обязательно с помощью каких-то активных действий, а просто перестают жить и всё. Или другой вариант – человек живет в депрессии, она становится смыслом его жизни. Люди постоянно ездят на кладбище и приближают свой собственный уход.

А  конструктивный механизм – это после всех переживаний искать новый смысл в жизни, даже если кажется, что его нет уже. Слово «переживать» и означает: пережить и жить дальше. Плохо, что пожилым и в силу возраста кажется, что жизнь уже кончена, зачем тогда и менять.

Нина Астафьева