О прямой связи между монархией и презервативами

29 мая 1660 года — в день своего 30-летия —  Карл II вернулся в Лондон и был провозглашен королем.

Англичане прозвали Карла II «веселым монархом» – Merry Monarch. Хотя первые 30 лет его жизни были далеко не веселыми. Его папенька – Карл I – воевал с Парламентом. Война в прямом смысле стоила папеньке головы.

Когда Карла I казнили, шотландцы – назло англичанам – провозгласили своим королем второго Карла. Он объявился в Шотландии и начал воевать. Потерпел сокрушительные поражения от Кромвеля. После решающей битвы Карл бежал и целую ночь прятался на дереве – в ветвях дуба.

Потом Карл скитался по Европе. Настоящий король в изгнании – голодный и в обносках. Он просил помощи. Никто не помог. Только кардинал Мазарини давал ему кое-каких деньжат, чтобы Карл, внук французского «веселого короля» Генриха Наваррского, не околел с голодухи.

Казнь отца, полная лишений юность – от такого любой человек стал бы угрюмым и озлобленным. Любой, но не Карл. Он – весельчак и неисправимый оптимист. Любит плавать и охотиться на зайцев. Играет на клавесине и рассказывает анекдоты.

Говорят, что лишь один раз Карл всерьез загрустил. Когда узнал, что Оливеру Кромвелю предложили королевский титул. «Если в Англии будет король Оливер, королю Карлу там не будет места», – вполне логично предположил он.

Кромвель отказался от титула. Между прочим, это только кажется, что ему предлагали стать королем от большого уважения. Ничего подобного. Просто в Англии власть короля традиционно ограничена, а власть Кромвеля была абсолютной. Вот ему и предложили короноваться и, так сказать, ограничиться. Он предпочел остаться лордом-протектором.

А в 1658 году Оливер Кромвель умер. Власть по наследству перешла его сыну – Ричарду Кромвелю. Сынка прозвали Рохлей Диком. Понятно, что власть не задержалась в его руках. Ему предложили отказаться от нее. Обещали оплатить долги, которых у Рохли было немало, и назначить пенсию. Рохля Дик согласился. И правильно сделал. Англичане сдержали обещания, а Ричард Кромвель жил долго и вроде бы счастливо.

А в Англии начался бардак. Власть захватил генерал Джон Ламберт, соратник Оливера Кромвеля. Но в Шотландии находился другой генерал – Джордж Монк. Замечательный человек. Во время Гражданской войны он воевал на стороне короля. Попал в плен. Стал воевать на стороне Парламента.

Монк понимал, что народ устал. От революции. От тирании Кромвеля. От скучной жизни, которую проповедовали фанатики-протестанты.

В общем, Монк прогнал Ламберта и решил восстановить монархию. Карл II не возражал. И вернулся в Лондон. Его встречали восторженные толпы. «Улицы украшены цветами, знаменами и гирляндами. Вино пьем из фонтанов», – вспоминал очевидец. И это неудивительно. Всякий знает, что монархия лучше республики.

«Веселый король» Карл II почти не мстил. Он казнил всего с десяток «цареубийц» – тех, кто выносил смертный приговор его отцу. А еще из могилы выкопали труп Кромвеля и повесили. Ну, это спишем на тогдашние нравы.

В политике Карл II не очень-то преуспел. Он хотел ввести веротерпимость. Но англичане выражали готовность терпеть все что угодно, кроме веротерпимости. Они были категорически веронетерпимы. Король конфликтовал с Парламентом. Так появились две партии: виги – сторонники короля, и тори – сторонники Парламента.

А еще при Карле II приняли Habeas Corpus Act. Теперь никого нельзя было арестовать без суда. Это краеугольный камень правового государства.

Но главное – англичане вздохнули свободно. Религиозный фанатизм времен тирании Кромвеля сменился вольными нравами.

При Кромвеле за супружескую измену полагалась смертная казнь. Веселый Карл II только и делал, что изменял жене. В какой-то момент король понял, что наплодил слишком много незаконных отпрысков. И тогда в дело вступил придворный доктор граф Кондом. Само его имя стало нарицательным – из бараньих кишок он смастерил для Карла II презерватив. А потом запустил это полезное изделие в производство и всячески его пропагандировал.

Народ путался в любовницах «веселого короля». Однажды толпа напала на карету королевской пассии Нелл Гвин, перепутав ее с другой пассией – Луизой де Керуаль.

– Католическая шлюха! – кричал народ в гневе.

– Вы ошиблись, – сказала Нелл Гвин. – Я – протестантская шлюха, а не католическая.

– Ну тогда ладно, – ответил народ. – Тогда проезжай с миром.

Карл II много сделал для развития английского театра. До него женские роли исполняли мужчины. А король настоял, чтобы в театральных труппах обязательно были и женщины. Театр расцвел. И король расцвел, заполучив прекрасных любовниц-актрис.

Карл II запретил облагать актеров налогом. Он приравнял их к придворным.

– Актеры служат королю, – заявил монарх.

– Актеры или актрисы? – пошутил один член Парламента.

Ему отрезали нос. И правильно сделали. Не надо совать нос не в свое дело.

Глеб Сташков