Разгром ФБК и отъезд Навального: Россия накануне «новой Опричнины»?

Произошла сразу двойная сенсация.

Во-первых, руководитель Фонда борьбы с коррупцией, подвергшегося в эти дни беспрецедентному «наезду» со стороны «правоохранителей» по всей стране, Алексей Навальный, как можно понять, отбыл за рубеж. По крайней мере, в его Инстаграме появилось фото его с дочерью, отправляющейся на учёбу в США, возле самолёта, улетающего в Финляндию.

Надпись можно было понимать двояко: «Девочка наша собрала чемоданы и поехала учиться. Я — провожать. На фото: классические выражения лиц в такой ситуации. Родитель: как же она там одна, без нас?! Ребенок: ура, наконец-то они от меня отстанут!» Однако поскольку у нас  к самолету проходят только те, кто улетает, а не провожающие, из контекста следовало, что Навальный также отбыл из страны.

Учитывая, что 8 февраля 2017 года Ленинский районный суд Кирова повторно приговорил Навального к 5 годам лишения свободы условно по делу Кировлеса и что, таким образом, лидер БФК, по идее, не мог покинуть пределы страны без специального разрешения «высших инстанций» (тем более в период фактического полицейского разгрома ФБК), само по себе это выглядело как событие, явно претендующее на попадание в новостной топ.

Во-вторых, ни одно из изданий, позиционирующих себя как серьезные и хоть чуточку независимые от Кремля, не написало об этом ни строчки. Фото и видео Навального из аэропорта воспроизвели и прокомментировали только условные «пригожинские» СМИ, а также «желтая пресса» (см. тут).

И уже само по себе это заставляет задуматься не только о том, наступает ли в России давно ожидаемый ремейк Опричнины или нет, но и о том, до какой степени искажено информационное и политическое пространство российского социума, где уже не осталось просто фактов и новостей, поскольку все они превратились в инструменты зомбирования людей «умной пропагандой» того или иного сорта…

И всё же «Город 812» решил преодолеть эту нездоровую ситуацию и задал нескольким экспертам ряд вопросов. Почему Кремль решил атаковать ФБК только сейчас, а не сразу, как только тот начал заниматься шумными разоблачениями? Последуют ли массовые протесты против «наезда» на структуру Навального? Как отреагирует Запад и отреагирует ли вообще? И, наконец, почему Кремль – в разгар репрессий, обрушившихся на ФБК в связи с обвинениями в «отмывании» 1 млрд. руб., — допустил отъезд их лидера за границу?

Д.К.

 

 

КОмментарии

 

«Я не думаю, что Навальный попросит политического убежища за границей»

 Дмитрий Травин, научный руководитель Центра исследований модернизации в Европейском университете СПб, журналист

— Я бы не сказал, что Кремль активизировался только сейчас. Это медленный постепенный процесс. Навального практически не трогали с момента, когда ему дали условный срок по «Кировлесу», и он реально остался на свободе вплоть до президентских выборов 2018 года, то есть пять лет (с 2013 г.) Навальный делал очень интересные антикоррупционные расследования, он был очень популярен, но его не сажали. Даже по делу «Ив Роше» (кража на почте) посадили его брата, а не его. То есть, ясно, что в этот момент его хотели не трогать.

А после президентских выборов 2018 года его начали «помаленьку сажать». Он, в принципе уже много отсидел. Если брать каждый раз по 30 суток, то уже порядочный набирается срок.

Но теперь, очевидно, решили уничтожить ФБК, то есть взяться за Навального как следует, потому что от него есть некоторые неприятности у власти, а пользы, очевидно, нет.

Будут ли массовые протесты? Ну, смотря что считать массовыми. Знаете, сейчас такая курьезная ситуация в обществе возникла. Я вот не считаю, что у нас были массовые протесты в последние недели или месяцы. В Москве случались серьезные выходы на улицу, но для 140-миллионной России это – не массовые протесты. Какие-то протесты могут быть, кто-то назовет их массовыми. Но, на самом деле они массовыми не будут.

Я думаю, что, из-за действий против Навального, новых санкций со стороны Запада не последует. Да и вообще Запад уже не очень активен в плане новых санкций. Наоборот, начали обсуждать вопрос возможного возвращения России в «восьмерку». Возвращение России в ПАСЕ произошло. Если и будут санкции, то незначительные и качественно не меняющие ситуацию.

Почему ему разрешили уехать? А почему ему должны запрещать это сделать? В принципе, любой гражданин России может уехать в Финляндию. Паспорт у него на руках. Вот если бы его не выпустили, имело бы смысл задать вопрос: «Почему?».

Вообще, я не думаю, что он собирается просить политического убежища в Финляндии. Было бы странно для такого активного политика вдруг эмигрировать. Я очень удивлюсь, если он это сделает. Смотрите, он очень активно ведет свою политику против Путина, по крайней мере, в последние полтора года. Если раньше это было против Медведева, правительства, олигархии, то теперь он очень жестко выступает именно против Путина. Навальный понимал, что его будут преследовать. Какой же смысл сначала создавать проблему, а потом вдруг уходить из российской политики?

Конечно, антикоррупционные расследования можно снимать и из Хельсинки. И если он собирается ограничиться новыми роликами по типу «Он вам не Димон», то можно, конечно, жить и в Хельсинки. Но в последнее время он явно делал другое. Старался выходить на улицу, создавать политическую партию. Эмиграция лишит его этих возможностей, так что не думаю, что он уедет насовсем.

 

«Разрешая Навальному выехать за рубеж, Кремль стремится его скомпрометировать»

 Игорь Клямкин, президент фонда «Либеральная миссия»

— Кремль, по-моему, активизировался немножко раньше, не сейчас. Вчера только стартовала непосредственно силовая операция. Я думаю, что это связано с тем, что штаб Навального начал непосредственно влиять на выборы, на их результат и тем самым стал представлять опасность для всей этой системы, причем начал влиять довольно результативно. Голосование против «Единой России» и утрата ею абсолютного большинства – это серьезная щель в системе, которая построена на принципе контроля над законодательной ветвью власти. Эта система была создана почти сразу после прихода Путина в Кремль, когда было обеспечено доминирование ЕР. И на этом она держится, если это звено выбивается, авторитарный режим становится невозможным и возникают проблемы, которые были в свое время у Ельцина. Поэтому атака на ЕР, имеющая целью лишить её возможность получать большинство в парламентах разного уровня – это системная угроза. Когда она обозначилась, начались эти атаки с установкой на ликвидацию самой структуры ФБК.

В принципе, нельзя сказать, что Кремль не боролся с Навальным. Уже несколько лет назад была установка на то, чтобы изолировать его от легального политического пространства. То есть устранить от участия в выборах. После 2013 года, когда ему дали возможность поучаствовать в московских выборах, все его попытки блокируются, в т.ч. в 2018 году, и партия его тоже не регистрируется.

Кроме того, Кремль испугала неприятная для него ситуация с возможным выходом людей на улицы. Навального регулярно прессовали в связи с этим и раньше. И перед этими акциями он регулярно попадал в спецприемники. Все это не сегодня возникло. Но раньше не было установки на разгром штабов. Давление на штабы было, были и обыски, как перед выборной кампанией 2018 года. Но разгрома не было, потому что те неприятности, которые представляла деятельность Навального, не были такими серьезными, как влияние на исход выборов. Однако операция штаба Навального по так называемому умному голосованию была воспринята как серьёзная опасность…

Что касается возможных протестов. Это зависит от того, будут ли к ним призывать Навальный и его соратники. Судя по тому, что сами они к этому пока что не призывают, то вряд ли будут призывать и другие, учитывая, что к Навальному неоднозначное отношение и среди многих, так скажем, оппозиционных сил. Так что я массовых протестов не жду, так как не вижу того, кто бы их мог инициировать.

Что же до реакции Запада, то сейчас с ним у России такие взаимоотношения, что введение новых санкций мне кажется проблематичным. Ныне у Запада установка на то, чтобы восстановить отношения с Россией, как-то поладить с ней. Последние заявления западных лидеров, в частности, президента Франции Макрона, который наиболее внятно это все проговорил, свидетельствуют о том, что установки там поменялись и конфронтации с РФ стараются избегать. Конечно, там понимают, как это всё в нашей стране делается. И потому словесно Запад реагирует, но чтобы стал снова вводить санкции – на сегодня я в этом сомневаюсь.

В отношении перемещений Навального мне сложно ответить насчет мотивации Кремля. Могу предположительно высказаться, что любая возможность компрометации Навального Кремлю представляется целесообразной. Его отъезд (а это, насколько я понимаю – проводы дочки на учебу с последующим возвращением Навального обратно) уже сейчас подается чуть ли не как бегство. Думаю, для компрометации Навального Кремлю показалось лучше его выпустить, чем не дать ему это сделать. А если у властей есть желание что-то сделать, независимо от того, что написано в законах, то они это делают, мы это видели неоднократно. Если они могли блокировать допуск кандидатов на выборы в Москве, если избивали людей на митингах, если в СПб до сих пор результаты не объявляют и т.д., — то они могут и «невыездного» сделать выездным. Но я надеюсь, что все эти акценты на том, что Навальный сбежал и не вернется,  чисто пропагандистские.

 

«Думаю, ФБК продолжит работать дальше»

 Андрей Пивоваров, координатор проекта «Объединенные демократы»

— Мне кажется, что структура Навального достаточно давно находятся под давлением, просто оно было разной формы. Поэтому говорить, что это началось только сейчас, мне кажется неправильным: вспомните уголовные дела, которые были возбуждены против сотрудников, вспомните давление в регионах.

Кремль и раньше боролся с Навальным. У него и брат долго находился в заложниках, сидел в тюрьме. У него были уголовные преследования, у него арестовывали счета. Какие-то казаки нападали на него. Одним словом, он всегда находится под давлением. Так что говорить, что раньше его не трогали – неправильно.

Вообще, то, что сейчас происходит с ФБК, сложно назвать разгромом, потому что, в принципе, ребята работают дальше.

А массовый протест, мне кажется, будет не в связи с этим, а, например, с тем, что в Петербурге сфальсифицировали выборы. Вот здесь массовый протест вполне реален! Какие-то другие социальные проблемы – а они безусловно будут, также способны вызвать массовый протест. Что же до ФБК, то он продолжит работать дальше.

Что касается. Запада, то не думаю, что происходящее станет фактором нового информационного давления на Россию. Думаю, что вряд ли.

Что касается условного срока Навального, то, как я понимаю, ограничение на выезд за рубеж с него давно снято. Поэтому я не вижу здесь факторов, чтобы не давать ему разрешения для выезда за границу.

 

 

«Санкции Запада направлены не туда, куда надо»

 Борис Вишневский, депутат Законодательного собрания СПб

— Причина того, почему Кремль активизировался только сейчас, неизвестна. Возможно, там изменилась концепция, потому что до этого никакого внимания на этот фонд не обращали. Без сомнения, это связано с последними электоральными процедурами и влиянием этого фонда и его людей на результаты выборов.

У меня ощущение, что нынешняя борьба с Навальным связана с общим изменением ситуации. До этого Кремль получали нужные результаты на выборах, что бы ни происходило. Сейчас начало серьезно меняться настроение людей. И Кремль на это изменение настроения начинает реагировать борьбой с любыми структурами, которые могут повлиять на общественные настроения.

Никакого разгрома ФБК нет еще пока. Но вообще, массовые протесты возникают не тогда, когда громят какую-то организацию, а когда люди чувствуют себя обманутыми в большом количестве. Когда они понимают, что у них украли голоса, когда их кандидатов не пустили на выборы. Факт преследования любой организации, в том числе, ФБК обычно массовых протестов не провоцирует. Увы.

Я всячески сочувствую всем, кого преследуют, в т.ч. людям, работающим в этом фонде. Они делают очень важное дело. Но проблема в том, что народ коррупции не удивляется. Он бы удивился, если бы ее не было. Для того, чтобы бороться с коррупцией, нужен не фонд Навального. Нужно изменение политической системы, нужно, чтобы было невозможно чиновнику принимать решения по своему усмотрению, нужно, чтобы были независимый парламент, независимый суд, независимые СМИ. Фонд, разоблачающий коррупцию – важная вещь, но он ее не победит, он только сделает информацию о ней более известной.

Что до санкций Запада, то они вводятся в ответ на те действия нашего государства, которые нарушают международное право или права человека. Ни того, ни другого в данном случае не наблюдается. Проблема в том, что санкции Запада, к сожалению, направлены не туда, куда надо. Их следовало направлять против Путина и людей его ближайшего окружения. А не против российских компаний и экономики. Если Запад, наконец, займется поисками тех денег, которые принадлежат Путину и его окружению и которые спрятаны на самом же Западе, и их блокировкой, вот тогда это подействует. А на санкции против Роснефти наша власть, к сожалению, отвечает лишь предоставлением этой структуре новых денежных средств и новых налоговых льгот. Фактически плата за санкции перекладывается на плечи обычных граждан.

В ситуации тотального преследования его Фонда я бы не удивился, если бы Навальный в целях безопасности какое-то время провел за границей. Но практика показывает, что даже временная эмиграция очень сильно деморализует сторонников. Если он не хочет их растерять, не думаю, что он останется там надолго. А потом, давайте рассуждать просто: если бы в Кремле была поставлена задача его посадить, его бы давно уже посадили. Я им сочувствую, и Навальному сочувствую, несмотря на целый ряд наших расхождений. Преследование ФБК – это абсолютное беззаконие и произвол. Коррупционеры, которые преследуют тех, кто разоблачает коррупцию – это просто омерзительно.

ФБК – одна из структур нашего гражданского общества, и любые удары по ней – абсолютно неприемлемы.

Но любая авторитарная власть, когда ее время заканчивается, старается перейти к репрессиям по отношению к своим оппонентам.

 

«Нас ждёт «новая Опричнина». Точнее — её новая имитация»

Даниил Коцюбинский, кандидат исторических наук

— Почему «накат» на структуру Навального произошёл именно сейчас? Хотя  до этого она, по сути, без особых проблем регулярно предоставляла обществу «убойный компромат» на представителей высшего российского руководства (за исключением Путина)? Думаю, потому, что данная деятельность Навального – которая долгое время была Кремлю полезна – с некоторых пор стала провоцировать всё больше побочных эффектов.

Объяснять нежелание Кремля посадить Навального в тюрьму «страхом» перед ним или перед «санкциями Запада» — нелепо. Ни в 2013 г., когда Навальному вынесли первый приговор, ни сейчас, когда полиция обвиняет его фонд (а косвенно – его лично) в «отмывании» миллиарда рублей, никаких признаков массового протеста либо готовности Запада грозно выступить в поддержку «главного российского оппозиционера» — не было и нет. Кремль мог (и может) «закрыть» Навального в любой момент. Но не делал и не делает этого. И не по причине мифического противостояния «разных башен» Кремля, на стороне одной из которых якобы тайно выступает лидер ФБК, сражающийся против других «башен». Башня в Кремле одна – это Путин. И такие вопросы, как судьба «лидера российской оппозиции», демонстративно заявляющего о своих президентских амбициях – это компетенция сугубо Путина. Никто «поперёк батьки» сажать Навального или, наоборот, выпускать его за рубеж – не будет.

Вопрос – чем Навальный и шумная борьба против «партии жуликов и воров» (которую он ведёт, начиная с 2011 года, периодически призывая народ на многотысячные протестные «гуляния») полезны Путину, а значит, и Кремлю в целом? Полезны они тем, что на протяжении многих лет позволяли посредством т.н. замещённого конфликта (термин американского социолога Л. Козера (см. тут ) уводить протестную энергию общества в безопасное для путинской системы русло. То есть в любую сторону, только не туда, где потенциально может замаячить лозунг: «Путина в отставку!» Всё это время Навальный по сути был центральным элементом кремлёвской стратегии управляемого (читай: сливаемого) протеста. И с этой ролью – надо ему отдать должное – справлялся блестяще.

Однако, постепенно в обществе всё же начала накапливаться усталость от того, что во главе страны находится один и тот же, притом не молодеющий лидер, жизнь при котором становится всё политически тревожнее и экономически депрессивнее. И «гуляния» Навального чем дальше, тем больше становились потенциально для Системы всё более небезопасными, ибо не столько сливали, сколько аккумулировали раздражение против «Самого».

И уже в конце 2017 года мне стало казаться, что с «гуляниями» скоро будет покончено, я даже написал тогда текст, где был такой абзац: «В этой ситуации прежний – навальнинский формат фейковой оппозиционной активности, в основе которой лежало перманентное подогревание в обществе ненависти в адрес «бояр-коррупционеров» и регулярное вождение оппозиционных хороводов по проторенным уличным маршрутам в никуда, – становится потенциально опасным. Ибо в какой-то момент даже такая задуманная как «сливная» уличная активность может выйти из-под контроля. И люди начнут требовать немедленной отставки не «Чурова» и не «Димона», а их непосредственного начальника. И потому прогулочно-уличный протест, вероятно, решено после выборов 2018 года (а возможно, и до них) перевести в чисто словесный, домашнее-кухонный формат (см. здесь).

Однако, к моему удивлению, ни сразу после выборов 2018 года, ни даже тогда, когда в ходе «пенсионного камин-аута» Путин серьёзно повредил свой самодержавный рейтинг и огорчил огромную массу возлюбленных сограждан, игры в «управляемый уличный протест» не были остановлены. И продолжались вплоть до нынешних выборов.

И всё же то, что должно было рано или поздно случиться – случилось. Кремль, во главе которого стоит теряющий политическую привлекательность лидер, обязан перейти к внутренней политике нового типа. А именно к политике «ещё большего устрашения» и эффективного запрета на «разжигание ненависти к партии власти». Ибо с некоторых пор «борьба против партии жуликов и воров», хоть и бьёт как бы «мимо трона», но рикошетом попадает в тот лоб, который под короной.

Почему Навальный – единственный из радикальных оппозиционеров – существует в режиме «особого полицейского благоприятствования», понятно. Насколько я могу судить, он – ценнейший кремлёвский кадр, которым ни в коем случае нельзя разбрасываться попусту. И мне сложно предположить, что «наезд» на ФБК возник как спонтанная реакция на выборы, тем более, что ничего страшного ни для Кремля, ни для ЕР, они не принесли. В Мосгордуме появилось много (хотя и не большинство) яблочников и коммунистов. И что? В Петербургском ЗакСе такое уже бывало. Смогли ли эти депутаты хоть как-то повлиять на жизнь города, помимо Смольного? Нет, не смогли. И московские оппозиционеры не смогут.

Учитывая же, что нашей страной вот уже 20 лет управляют профессиональные конспирологи, я склонен полагать, что перед нами – очередная давно спланированная спецоперация, в ходе которой предстоит частичное переформатирование активности Навального – для какой цели его намеренно вывели за ту «черту», за которой сегодня происходит «плановая зачистка» ФБК. И, думаю, поездка Навального за рубеж была утверждена тогда же, когда и план «наезда» на ФБК.

Что будет дальше – сказать трудно. Возможно, Навальный вернётся (когда всё подуляжется) и ФБК вновь возобновит работу. Но в любом случае прежний формат «перманентных ютубовских разоблачений и гуляний» остаётся, скорее всего, в прошлом. Впереди же нас ждёт «новая Опричнина». А точнее, её новая имитация (ибо репрессии коснутся «смердов», а не «бояр»), какой до сих пор был сериал про «борьбу с партией жуликов и воров», в ходе съёмок которого «ни одно животное не пострадало»…

 

Беседовала Ксения Лавренова