Глеб Сташков

Советы путешествующим по России: заказывайте «Мартини» бутылками

Личные замечания к рейтингу регионов по качеству жизни.

Рейтинговое агентство «РИА Рейтинг» составило рейтинг регионов по качеству жизни.

– Ты же много где бывал, – сказал мне главный редактор. – Вот и напиши.

– Но я бывал очень давно, – возразил я.

– Какая разница!

– Наверное, многое с тех пор изменилось.

– Не думаю, – философически заметил главный редактор.

Я взглянул на рейтинг. На последнем месте – Тыва.

В Тыве я бывал еще при Советском Союзе. Кое-что определенно изменилось. Тогда Тыва называлась Тувой.

Помню село. И сельмаг. А в нем – неизменный набор продуктов: подслащенная жидкость, называемая «Березовый сок», хлеб и салат из морской капусты.

Судя по последнему месту в рейтинге, изменения не сильно коснулись Тывы. Набор продуктов, наверное, другой, но доступный набор, видимо, на прежнем уровне.

А вообще, при составлении рейтинга учитывались 72 показателя. Первый – доходы населения.

Ну, с доходами, знаете ли, везде хорошо. Скажем, в 90-е годы был я в Архангельске. И пошли мы с приятелем в ресторан. В обыкновенный – непафосный – ресторан. При универсаме.

И ресторан оказался слишком уж обыкновенным. Скатерти со следами борща, горчицы и всего меню за последнюю неделю. Гнутые вилки. Солонка без соли.

– Нельзя ли поменять скатерть? – спросили мы официантку.

На ее лице отразилась борьба. Было видно, как она придумывала ответ поязвительней. «А что еще вам сделать?»; «А в одно место вас не поцеловать?» Что-то в этом роде. Но, не выбрав лучший вариант, официантка ограничилась репликой короткой и четкой:

– Нельзя.

Постояла немного и спросила:

– Что будете пить?

Так и спросила: «Пить». Не есть, а именно пить.

– Для начала, – говорю, – бутылку «Мартини».

Не знаю, почему я попросил «Мартини». Я вообще-то не люблю «Мартини». Я люблю коньяк. Но как-то само собой вышло.

– Целую бутылку? – удивилась официантка.

– Разумеется, – сказал я.

– Что же вы сразу не сказали? – слегка возмутилась официантка.

Через пять минут стол украшала белоснежная скатерть. А вместо официантки нас обслуживал официант. Видимо, это считалось круче.

И мне жаль, что Архангельская область занимает в нынешнем рейтинге 74-е место, а Москва – первое. Потому что в Москве на бутылку «Мартини» никого не купишь. А значит, и доходы там не имеют большого значения.

Возьмем другие рейтинговые показатели. Вот, например, «развитие транспортной инфраструктуры».

Транспортный коммунизм я видел в Тамбове. Там был бесплатный общественный транспорт. Только он не ходил. Все автобусы и троллейбусы, которые я видел, сообщали, что именно они – в виде исключения – ходят за деньги. То есть транспортный коммунизм существовал, но в несколько недостроенном виде.

А в Йошкар-Оле я ездил на такси. Потому что оно стоило примерно столько, сколько бесплатный транспорт в Тамбове, который – в виде исключения – ходил за деньги.

Еще составители учитывали «уровень образования». И на первом месте – Москва? Не знаю, не знаю.

Самый высокий уровень образования я видел в закрытом городе Озерске, где перерабатывают отработанное ядерное топливо и делают много такого, что, скорее всего, составляет военную тайну.

В Озерске я зашел в ночной клуб. У стойки бара сидела девушка. И вместе с барменом решала какие-то цепочки полураспада. Я взял пиво и пристыженно забился в самый дальний угол.

А в Москве я общался со многими людьми. Но коренной москвич мне встретился только один раз.

– Все мечтают жить в Москве, – сказал он раздраженно. – И ты мечтаешь.

– Я не мечтаю.

– Врешь, – сказал он еще более раздраженно.

Я безо всякого интереса поинтересовался, где именно он живет.

– В Тушино.

Я сказал что-то про Тушинского вора. Коренной москвич не знал, что так называли Лжедмитрия II. И, вероятно, принял на свой счет.

– Почему сразу вор? – обиделся он. – У нас все воруют.

А у нас – нет. У нас воруют, но не все. Поэтому я рад, что живу в Петербурге. Хоть мы и на втором месте. Я думаю, первого нам и не надо.

Глеб Сташков