За кого были ваши родственники в 1917-м?

ВЦИОМ спросил, что бы делали респонденты, если бы оказались  в  октябре 1917 года? 27% сказали  —  отсиделись в стороне, ни в чем не участвовали. 16%  — попытались уехать за рубеж. 28% — поддержали большевиков. Бороться с большевиками  готовы 9 % опрошенных. Мы провели немного другой опрос.

 

Александр СЁМОЧКИН, старший научный сотрудник музея-усадьбы «Рождествено»:

– Мой дед был офицером императорской армии, поверил в правоту большевиков и, вернувшись с фронта, организовал в своей деревне Выра крестьянскую коммуну. В это же время сестра моей бабушки вступила в женский батальон смерти, участвовала в боях с германцами, потом ушла с армией Колчака на восток и пропала. Резюмируя: революция в России была национальной катастрофой. Без правых и виноватых.

 

Татьяна ГРИГОРОВА-РУДЫКОВСКАЯ, действ. член Дворянского собрания СПб:

– Мои родители, петербургские дворяне, были на стороне народа. До революции мама дружила с двоюродными сестрами Ленина Песковскими, дома у них встречала Ульянова. После окончания института в 1915 году решила нести знания в народ. После революции была директором детского дома.  Отец, после того как их квартира в те годы была ограблена, относился к революции нейтрально.

 

Светлана МАЛЬЦЕВА, кладовщик, ООО «Петро»:

– Они были крестьянами, жили до революции в Тверской области, жизнью были довольны – у них было несколько полей, сеяли рожь, пшеницу, овес, на каждом поле стоял хутор. А после революции голодали, все их хозяйство забрали в колхоз, из всех домиков остался один: он, кстати, до сих пор служит нашей семье дачей. Про революцию мои родные всегда молчали.

 

Ольга ВАРЛЕ, агент по недвижимости:

– Мой дальний предок Жан Варле был одним из руководителей Великой французской революции, его революционный дух передался моей прабабушке: ей было 17, когда она увидела Ленина на броневике у Финляндского вокзала. Его речь ее так впечатлила, что  она вступила в РСДРП. В 37-м  после ареста брата она вся как-то сникла. Жан Варле, кстати, тоже разочаровался в революции.

 

Алексей УВАРОВ, карикатурист, мастерская Колдовских художников, член IFA:

– Мои родные, типичные крестьяне, были, естественно, на стороне народа, который в своих  частушках – многие из них составляют сегодня коллекцию русского фольклора нашего музея «Свиное рыло» – от души воспевал своих освободителей – главных вождей революции. Например: «Эх, калина-мáлина, / Большой  …  у Сталина, / Больше, чем у Рыкова  / И Петра Великого».

 

Юлия ЗАЙЦЕВА, пресс-секретарь, Военно-медицинский музей:

– Мой прадедушка родился еще до революции в Псковской области. Ему было четыре года, когда в деревне случился пожар, его родители погибли. Местный помещик по фамилии Зайцев взял сироту к себе, дал ему свою фамилию. Зайцев был богатым, продвинутым, у него был свой автомобиль, и дедушка уже в юности научился водить машину. После революции Зайцев эмигрировал, а машина досталась дедушке. Потом ее забрали.  Но все равно дедушка стал профессиональным водителем.

 

Андриан БЛАГОДАТСКИЙ, продавец рыбы на Сенном рынке:

– Я назван в честь своего прадеда Андриана Крупина. От мамы знаю, что в революцию он служил писарем у Дзержинского в ВЧК и был ему очень предан. После смерти Дзержинского в 26-м году, чтобы избежать ареста, уехал со всей семьей в глубинку. Там на Вятке и прожил.

 

Александр КРАМЕР, историк, преподаватель РХГА:

– Мой дед по отцу, обрусевшему немцу, дворянину, был эсером. За свою революционную деятельность оказался в ссылке под Архангельском. Подал прошение о переводе в более благоприятный климат.  Разрешение получил и жил до революции под наблюдением в своем имении под Казанью. В принципе, он был за революцию, но сотрудничать с большевиками отказался.

 

Татьяна ФОМЕНКО, инженер-физик:

На стороне природы. Мой дед был помещиком в Вологодской области, в сельце Кряжево он создал свой парк, где ухаживал за растениями, привозимыми им из всяких губерний и стран. Из-за этого парка он во время революции не эмигрировал, а в 20-м году местный пьяница застрелил его прямо в поле. Люди в деревне стали корить мужика, что он убил доброго человека, и крестьянин повесился… Парк до сих пор существует.

Эмилия Кундышева

Кстати. Революционного Путина на заставке слепил Федор Шумилов.