Адмирал Ушаков проигрывает сражение на суше

Примерно год назад я уже писал о проекте памятника адмиралу Федору Федоровичу Ушакову, фигура для которого была выполнена скульпторами Я.Я. Нейманом (1946–2017) и В.Д. Свешниковым. Этот проект убедительно победил в конкурсе 1997–1998 годов, только несколько раз ввиду ухода из жизни менялись архитекторы: А.С. Константинов (1937–2008), затем Ф.К. Романовский (1939–2016). В итоге архитектором стал Д.А. Лагутин, которого пригласил Свешников. Лагутин начал продвигать проект. Но все время возникают проблемы. Теперь ссылаются на то, что адмирал Ушаков стал святым.

 

Горе победителю

 В качестве места установки Дмитрий Лагутин предложил площадь Труда. Действительно, площадь сейчас не имеет доминанты. Раньше, когда там стояла церковь Благовещения Пресвятой Богородицы при лейб-гвардии Конном полку (снесена весной-летом 1928 г.), доминанта была, теперь же площадь не организована (так же, как, скажем, пл. Тургенева). Тем более рядом находится романтическая «Новая Голландия», которую так пока и не смогли испортить, рядом каналы и Нева, передислоцированный сюда из многострадальной Биржи Военно-морской музей, пусть и загубленный переездом и новым руководством. Поэтому памятник такому персонажу, как адмирал Ушаков, вполне заслуживает стать доминантой большой площади в Петербурге.

Лагутин существенно переработал простой цилиндрический постамент своего предшественника Романовского, поскольку из-за динамической позы Ушаков с узкой колонны, на которую был поставлен, зрительно сваливался. В результате к 25 января 2017 года эскиз памятника был готов: Лагутин развил барочные ассоциации статуи, постамент приобрел сложную форму, составленную из нескольких цилиндрических объемов разного диаметра, и украсился четырьмя ангелами на боковой поверхности.

Та годичной давности статья была посвящена интригам, фатально мешавшим установке памятника в точно выбранном для него месте – по центру пл. Труда. Описывать сейчас те интриги нет смысла, потому что плетутся новые. Напомню только, что было поручение губернатора Г.С. Полтавченко Албину И.Н.: «Прошу рассмотреть. Доложить», было решение, принятое на совместном заседании секций и комиссий Морского совета при Правительстве Санкт-Петербурга от 20 марта 2018 г.:

 

1.1. Принять к сведению информацию о проделанной работе  по увековечению памяти адмирала Ф.Ф. Ушакова.

1.2. Одобрить предложения профильных секций Морского совета  при Правительстве Санкт-Петербурга по установке памятника Святому праведному воину Феодору Ушакову на площади Труда в Санкт-Петербурге.

1.3. Принять за основу список рабочей группы по установке памятника Святому праведному воину Феодору Ушакову на площади Труда в Санкт-Петербурге (Приложение 1). Предварительный состав рабочей группы единогласно одобрен участниками заседания. <…>

1.6. Поручить Международной ассоциации общественных организаций ветеранов Военно-Морского Флота и подводников осуществить подготовку  и оформление в установленном порядке необходимой разрешительной  и правоустанавливающей документации на установку памятника Святому праведному воину Феодору Ушакову на площади Труда в Санкт-Петербурге. Срок: в течение 2018 г.

 

Но нет уже на прежних должностях ни Полтавченко, ни Албина, все прежние резолюции, распоряжения и указания остались в истории, и в этой ситуации новым центром интриг неожиданно стал Морской совет. А именно: ответственный секретарь Морского совета Татьяна Чекалова стала вести пропаганду, цель которой – признать памятник Ушакову по проекту Неймана – Свешникова и Лагутина устаревшим. Дескать, Ушаков стал святым (действительно, в 2001 г. был причислен РПЦ к лику святых как праведный воин Феодор Ушаков), и потому старый памятник, 20 марта 2018 г. одобренный на совместном заседании трех подразделений Морского совета, уже никуда не годится, поэтому нужен новый всероссийский конкурс. Во исполнение этой затеи Морской совет написал обращение к Г.С. Полтавченко, который, по имеющейся информации, поддержал и это начинание, видимо, забыв о том, что он ранее поручил Албину.

Результат всей этой суеты вполне очевидный: городская администрация не ставит памятник по уже готовой модели, победившей в конкурсе 1997–1998 гг., но никто не собирается объявлять и проводить никому не нужный новый всероссийский конкурс проектов памятника Ушакову. Все замерло и ничего не делается.

Более того, Т.И. Чекалова развила бурную деятельность и дополнительно решила передвинуть место установки памятника  из центра площади Труда, где КГА выделил для памятника участок, на парковку около Военно-морского музея. Причины такого решения непонятны, но, видимо, рулить хотя бы этим процессом Чекаловой хочется и нравится.

 

Чекалова: крупный план

 

  Самое время узнать, кто такая Чекалова Татьяна Ивановна, ответственный секретарь Морского совета при правительстве СПб. Я не первый, кто заинтересовался ее биографией, поэтому использую очерк, написанный капитаном дальнего плавания Константином Павловичем Державиным. Он ветеран Великой Отечественной войны, на морской службе с 1944 г. Доверять ему можно.

Были на кителей у Т.Чекаловой капитанские нашивки — стали адмиральские

Свой очерк он начал с пояснений. Во-первых, еще в советское время было принято делить личный состав Министерства морского флота СССР на «моряков» (управленцев, сидящих на суше) и «плавсостав». Во-вторых, нашивки на рукавах кителя означали следующее: 4 средних (верхняя с вензелем) = капитан; 3 средних (верхняя с вензелем) = старший помощник капитана, старший механик; 2 средних и одна узкая сверху с вензелем = 2-й помощник капитана, 2-й механик, электромеханик, начальник радиостанции; 2 средних = 3-й помощник капитана, 3-й механик; 1 средняя и 1 узкая сверху с вензелем = 4-й помощник капитана и 4-й механик. Начальник пароходства носил три нашивки: нижняя – широкая, и над ней две средних, из них верхняя с вензелем.

Эти пояснения очень важны для понимания дальнейших сведений. Слово К.П. Державину:

«Но вот настала эпоха перестройки. “Плавсостав” исчез, т.к. были разворованы и разгромлены пароходства. А капитанские нашивки появились у людей, которые, как говорится, не нюхали моря даже в должности матросов. Ярким примером тому является Татьяна Ивановна Чекалова. Госпожа Чекалова Т.И. окончила техникум промышленной теплотехники, затем Технологический институт имени Ленсовета по специальности «инженер-электромеханик». Преподавала в Химико-технологическом техникуме, а впоследствии занимала разные бюрократические должности в учреждениях Ленинграда.

Но ни одного дня не проработала на море даже юнгой, однако каким-то образом госпоже Чекаловой Т.И. удалось занять должность помощника президента Балтийского морского пароходства, имевшего в своем составе 178 судов различного назначения и активов 2,5 млрд долларов. В течение пяти лет пароходство перестало существовать, поскольку было загнано в долговую яму управленческим персоналом. Россия лишилась всего торгового морского флота на Балтийском бассейне. Какую помощь в этом разгроме БМП и разворовывании флота оказывали помощник президента БМП и руководители пароходства – сейчас уже трудно представить.

Тем не менее, когда “плавсостав” остался не у дел, а некоторые из руководства БМП отправились в края не столь отдаленные, “моряки” (то бишь береговая бюрократия) не растерялись и создали Морской совет при правительстве Санкт-Петербурга. А возглавила Морской совет непотопляемая госпожа Чекалова Т.И., облаченная в мундир с капитанскими нашивками. <…> Понятно, что никакого дельного морского совета не может посоветовать человек, никогда не работавший ни на море, ни в судостроении. Поэтому в основном Т.И. Чекалова  предпочитает общественную деятельность с обязательной саморекламой в морской форме.

Сейчас госпожа Чекалова Т.И. нашила на свой китель уже адмиральские нашивки. Конечно, перещеголять “Героя Советского Союза”, а теперь уже и “генерал-майора” Гриняеву Ш.К. ей вряд ли удастся… Но параллель все-таки просматривается. И та, и другая, как равная среди равных в окружении генералов и адмиралов. И эти адмиралы признают не только равенство, но и верховенство госпожи Чекаловой! Магия нашивок!

А Татьяна Ивановна не единственная в Морском Совете щеголяет нашивками “не по чину”. Господин Барышников Сергей Олегович, будучи ректором морского высшего учебного заведения, согласно положению о форме одежды обязан носить нашивки: одну широкую и среднюю над ней с вензелем. Однако предпочитает носить нашивки начальника пароходства. Казалось бы ничего страшного? Но на самом деле “нашивконосцы” влияют на решение некоторых вопросов, связанных с морем, с морской историей, с морским делом. И влияют негативно».

 

Вот что написала Г.С. Михайлова, жена капитана-наставника:

«<…> В руки попал глянцевый журнал № 4 2017 года “Вестник Морского cовета”. И  там на первой странице Татьяна Ивановна в нашивках адмирала флота – т.е. рангом выше, чем у моего мужа, который 40 лет отдал флоту. На 24 страницах номера 22 упоминания или фотографий учредителя ООО «Морской Петербург»  – Чекаловой Т.И.

А в номере “Вестника Морского совета” № 3 2017 года Татьяна Ивановна  еще в капитанских нашивках. Напрашивается вопрос: доколе эти чиновники ряженые будут одурачивать известных мореходов?

Чекалова к тому же директор Регионального общественного фонда содействия развитию морской деятельности “Морской Петербург”, а также учредитель ООО “Морской Петербург”, которое выпускает “Вестник Морского совета”. В 2018 г. на издание четырех номеров ушло 967 000 рублей.

Вот я и спрашиваю: Татьяна Ивановна, откуда адмиральские нашивки? И почему настоящие адмиралы молчат? Не обидно им всю жизнь отдать морю и вдруг оказаться в компании “адмиральши”, год назад “капитанши”?».

 

«Чтобы жить мне в Окияне-море…»

 

По моей просьбе архитектор Дмитрий Лагутин побеседовал с Татьяной Чекаловой.

– Откуда у вас нашивки?

– Мне полагается от Комитета по транспортно-транзитной политике.

– А почему адмиральские нашивки?

– А у нас там по чину полагается.

– Вы ходили в капитанских нашивках до конца 2017 года, а это 9 категория только для капитанов дальнего плавания и капитанов-наставников, а теперь нашивки сразу 11 категории, адмиральские. Заместитель начальника пароходства, начальник управления флота в составе пароходства… Как же вы перескочили 10 категорию и сразу в 11-ю?

Нет ответа.

– А откуда знак «Почетный работник Морского флота»?

 Путается в показаниях: то ли министр Соколов выдал, то ли министр Левитин, то ли министр Иванов…  И почему она должна докладывать о своих дипломах и наградах?

– А когда почетное звание присвоено?

– Когда – не помню.

– Зачем вам конкурс проектов памятника Ушакову, если конкурс уже был?

– Он был для другого места, и Ушаков стал святым, и мы хотим на место храма поставить памятник святому.

– А в чем разница? Нужен нимб? Почему тогда новый памятник Ушакову в Кронштадте, поставленный в 2015 г. возле Морского собора без нимба?

– Ну надо что-то придумать. Священники хотят…

– Какие священники? Назовите фамилии. Архимандрита Алексия, настоятеля кронштадтского  Никольского морского собора, я спрашивал, когда делал доклад.

– Это было давно, почти год назад, 20 марта, и мы провели еще три совещания.

– Без нас провели еще три совещания?

– Памятник устарел, и Ушаков стал святым. Они хотят другой памятник.

– Кто «они»?

– Ассоциация подводников.

– Президент Ассоциации адмирал Н.М. Максимов про новый конкурс еще 2 октября 2018 года ничего не знал. А 3 октября 2018 года – новый губернатор. А 15 октября 2018 г. получаем ответ из КГА про новый конкурс по просьбе Морского совета. Якобы распоряжение от Г.С. Полтавченко. Но с 3 октября уже нет Полтавченко, уже и.о. губернатора.

– Адмирал Максимов сам подписывал обращение к губернатору про конкурс.

–  Кто составлял обращение?

Нет ответа

– Зачем сдвинули место для установки памятника Ушакову с центра площади на место храма, ближе к ЦВММ?

– Это не мы, это в КГА ошиблись

– А главный художник Алексей Моор сказал, что КГА выделил участок, который мы и запрашивали, – на всю площадь Труда, а потом Морской совет во главе с вами пошел к депутату Никешину и попросил обрезать участок до парковки перед  музеем ВМФ. А зачем вы ходили к Семену Михайловскому (ректор Академии художеств)?

– Мы знакомы, и я Михайловскому рассказала про всероссийский конкурс и просила, чтобы он передал скульптору Свешникову, чтобы тот тоже принял участие в новом конкурсе.

– Но вы сказали, что это решение Шойгу.

– Нет, эта встреча с Михайловским была после совещания с Шойгу в Кронштадте.

– Так это Шойгу решил проводить всероссийский конкурс?  Михайловский именно так и сказал В.Д. Свешникову, а Свешников звонил в ярости мне…

– Нет, это Ассоциация подводников решила, а не Шойгу.

– А кто оплатит всероссийский конкурс?

– Всё, мне надо идти.

 

Чем займется секретарь Морского совета Татьяна Чекалина после того, как окончательно разберется с памятником Ушакову?

У классика это описано, причем выразительнее всего в черновом варианте:

«»Здравствуй ты, старая баба,
 Я чай, твоя душенька довольна?”
 Отвечает глупая старуха:
“Врешь ты, пустое городишь,
Совсем душенька моя не довольна,
/Не хочу я быть римскою папой,
  А хочу быть владычицей морскою,
Чтобы жить мне в Окияне-море,
 Чтоб служила мне рыбка золотая
И была бы у меня на посылках”».

Михаил Золотоносов