Что, Красной армии больше нет?

Друг друзей мужа (извините за витиеватое родство), пожилой яхтсмен старой закалки, в феврале вышел в кругосветку. Как и положено матерому морскому волку — без каких-либо средств связи. Почти два месяца он в полном одиночестве плыл по морям-океанам, а когда в апреле дочапал до Тасмании, то впервые услышал, что мир охвачен пандемией, кругом сплошной карантин, в порт его не пустят и, вообще плыл бы ты, дорогой, на родину, в свою Англию.

Эта горькая история напомнила, как весной 1994 года мы с коллегой поехали брать интервью у Дудаева, в тогда еще относительно мирную Чечню. И попали на парад президентских гвардейцев.
Зрелище нам открылось фантасмагорическое. Перед трибуной, подозрительно похожей на эшафот и обитой красной тряпкой, маршировали человек триста в черной форме с аксельбантами и в черных же беретах. Печатая шаг они шли в одну сторону, с криками разворачивались и топали обратно. Метров через двести картина повторялась. И так снова и снова до головокружения. Иногда они разбивались на группы, давали короткий сеанс рукопашного боя и снова маршировали. Потом скакали лошади с всадниками в бурках. После бурок мимо трибуны ехали уазики с командирами. По десятому разу, как на заевшей пластике, гремел марш и над всем этим великолепием с ревом метались туда сюда два истребителя.

Был конец мая, стояла дикая жара и над площадью перед президентским дворцом висел запах пота. Взмокли все: и триста гвардейцев, и лошади, и начальники на трибуне. Больше всего мок мэр Грозного – единственный в штатском, и на галстук ему капало с носа. Не потел только Джохар Дудаев – в папахе и наглухо застегнутом черном пальто он был живым укором всем превшим.

В поисках хоть какой-либо тени мы с коллегой забились под козырек гостиницы «Кавказ» (меньше чем через год разрушенной до основания). К нам подошел мужик, русский, попросил закурить и спросил – что происходит на площади.

— Как что? Парад гвардейцев Дудаева, — равнодушно ответили мы.

Парень ошалело смотрел на нас, от растерянности стал раскуривать сигарету не с того конца, чертыхнулся и убитым голосом почти прошептал:

— А чо, Красной Армии больше нет!?

Мы поперхнулись:

— Мужик, ты откуда такой?

Оказалось, он отсидел десять лет, вышел неделю назад, только что вернулся в родной город и с вокзала пешком шел домой. А тут парад!

Зэка нашего, в отличие от ошарашенного англичанина, который плыл всю пандемию, в «порт» пустили. Он, кстати, радовался как ребенок, что удачно доехал. А может, лучше бы сидел? Живее был бы.

Диана Качалова