Кадыров и пенсии, или Первый звоночек – последний звоночек?

Глава Чечни Рамзан Кадыров подписал указ о создании республиканской госкомиссии для уточнения административной границы Чечни.
Это значит, что в очередной раз Чечня – как единственный, помимо Путина, политический субъект в России – моментально среагировала на факт оползания легитимности своего «старшего партнера». Впрочем, этого стоило ожидать: на протяжении путинской эры подобное происходит всякий раз, когда кому-то в Чечне начинает казаться, что Путин «пошёл на посадку».


Первый звоночек раздался в 2011-2012 годах, когда случилась долгоиграющая Болотная. И хотя Кремль сумел подавить многотысячные уличные выступления яйцеголовых москвичей, недовольных президентской рокировкой и нечестными выборами, ощущение, что «лёд тронулся», сохранялось ещё долгое время (фактически до момента «крымской бифуркации»)
И вот аккурат в этот тревожно-сакраментальный для Путина период, осенью 2012 года, Рамзан Кадыров вдруг создал Комиссию по «уточнению и согласованию административной границы» между Чечнёй и Ингушетией (см. тут). И заявил, что Ингушетия, пользуясь приграничной неопределённостью, захватывает «исконно чеченские земли, в одностороннем порядке проведя размежевание» . И пообещал вынести этот вопрос на федеральный уровень, заявив о намерении восстановить границу, которая существовала до создания Чечено-Ингушетии в 1934 году. В 2013 году чеченский парламент даже успел принять закон о включении в состав Чечни Сунженского района, находящегося под административным управлением Ингушетии.
Но потом грянул триумфальный для Путина 2014 год. И Кадыров с уточнением границ попритих. И даже когда осенью 2014 года вдруг резко обвалился рубль и многим показалось, что вместе с ним обвалился и рейтинг «самого», и когда чеченское подполье попыталось – хотя и неудачно, но довольно шумно – устроить вооружённое восстание в центре Грозного, официальные власти Чечни ни единым движением не обнаружили хотя бы тень непочтения к «белому царю». Вероятно, Кадыров куда точнее, нежели горные сепаратисты, просчитывал розу кремлёвских ветров и знал, когда можно, а когда нельзя позволять себе чуть больше положенного.
И вот сегодня Кадыров вновь почувствовал что-то такое, что позволило ему демонстративно вторгнуться – пока на словах – в сферу компетенции Кремля. Ведь «уточнять границы» между субъектами РФ может, по идее, только один политический субъект в России – самодержец. То есть Путин. А если это хотя бы на словах позволяет себе делать ещё кто-то, значит, самодержец уже не вполне настоящий. Или, по крайней мере, он начинает казаться не вполне настоящим даже «элитам», фронтменом которых и выступает в данном случае самый политически видный и привилегированный (просто в силу того, что он представляет частично сохранившую политическую субъектность Чечню) из членов путинской команды.
Итак, из дерзких уст Кадырова вся Великая Россия фактически сегодня услышала то, что с некоторых пор стало явственно виснуть в воздухе: Акела промахнулся и из вождя волчьей стаи вдруг превратился в хромую утку.
Но почему?
А потому что совершил вторую – по счёту, но не по значению! – непростительную (для самого себя как макиавеллиста-интуитивиста) ошибку. Причём оба раза – от избытка «европейскости» (которую, возможно, ещё в детстве вживил в психику Путина его родной «не вполне русский» город).
В 2008-м, Путин, вместо того чтобы, как и положено классическому евразийскому сатрапу, просто «трахнуть реальность» (а точнее, Конституцию) и продлить себе президентство до греческих календ, — решил сделать всё по закону и учинил церемониальный танец с рокировкой. В итоге в 2011-м получил свист в Лужниках, толпу на Болотной и вечную размолвку с пресловутыми «15-ю процентами».
В 2018-м, вместо того, чтобы просто запустить печатный станок и устроить «маленькую победоносную гиперинфляцию», в которой обвинить очередного министра финансов или – ещё лучше – специально пошитого для таких случаев плюшево-резинового премьера-раскидайчика, решил повести себя «экономически ответственно». Разумеется, в разумных пределах. То есть подтянуть животы не «коллективным сечиным» и тем, кто зорко охраняет их корпоративный покой, — а всем остальным «братьям и сестрам». То бишь тем самым 85-ти процентам, которые весной этого года так радовались, что царь-то у нас – вечный и всеблагой! Который, если и врёт и дерзит, то только тамошним пиндосам и здешним подпиндосникам. А нам, сиротам верным-примерным, всегда будет калякать только сладко-лестно и баю-байно. И вдруг – херак! – вот тебе, бабушка, и Новое  уложение: пенсия в 60, и дедушка – в 65. Юрьев день отодвинулся от верноподданных сирот на 5 лет. И кто тому виной? Царь-батюшка. Но раз так, то, стало быть, не батюшка. А значит, и не царь…
Вот что вдруг пронеслось электрической искрой в головах у всех тех, кому так долго, так зло и ненужно было плевать и на Вторую Чеченскую, и на «Курск», и на «Норд-Ост», и на Беслан. И на Марши несогласных, и на Болотную…
И в итоге теперь у Путина нет ни 15%, которых он упустил между пальцев в эпоху рокировки, ни 85% (за вычетом сечиных-околосечиных), на глазах которых он публично осквернил «пенсионное святое». И ведь всё – от избытка евро-ответственности (век воли не видать — везде на Западе и вправду пенсионный возраст выше российского)!.. В этом даже можно усматривать тайную месть Петербурга своему евразийскому «национал-предателю», перебравшемуся в Кремль и учинившему реставрацию большого нео-московского проекта…
Но если отвлечься от мистики и метафизики, то можно увидеть довольно интересную – с политологической точки зрения – ситуацию.
С одной стороны, во главе России – самодержец с «утекающей» легитимностью и окружённый со всех сторон плотным «садовым кольцом» военно-полицейской обороны от собственных возлюбленных сограждан. С другой стороны – возлюбленные сограждане, стремительно теряющие веру в царя-бога, но напрочь лишённые гражданских мускулов и извилин и плотно окормляемые специально засланными из Кремля «азефами-поводырями».
Что из этого всего приключится?
Вполне возможно, что и ничего. Возможно, впереди Россию ждёт очередная «бифуркация а-ля крымнаш», которая вновь превратит «хромую утку» в «Акелу» и заставит умный русский наш народ радоваться тому, что пенсию вообще не отменили на хрен. И Кадыров со своим «уточнением границ Чечни» опять заляжет на дно и примется отплясывать парадную лезгинку в честь «белого царя».
Но вдруг бифуркации больше не будет? Или вместо неё выйдет очередной зловонный пшик а ля «новичок» в руках обезьяны? Что тогда? Большой чеченский бунт? Или дворцовый переворот? Или – всё равно ничего? Ибо те, кто может соблазниться свержением царя со сдувшейся харизмой, будут хорошо сознавать, что самим им, даже если дело выгорит, светит, в лучшем случае, тихая отставка. А в худшем…
Поэтому лично я ничего предсказывать не берусь. Ясно только одно. В путинском дирижабле – дырка аккурат размером с дыру в ПФР. И через эту дырку нынче со свистом вылетают дерзкие речи Рамзана Кадырова. И это только начало…

Даниил Коцюбинский