Как в Петербурге не был поставлен памятник Гусейну Хану Нахичеванскому

История о том, как в Петербурге не был поставлен памятник Гусейну Хану Нахичеванскому, интересна, прежде всего, тем, что позволяет увидеть в вертикальном разрезе подноготную того «порядка», который действует в сфере установки памятников в Петербурге. Понятно, что закавыченный «порядок» на самом деле означает хаос, бардак, и именно их эта история и демонстрирует во всех характерных деталях.

Согласно данным Википедии, из которых я делаю эту выписку, Гусейн Хан Нахичеванский (1863 – 1919) был русским военачальником, генерал-майором свиты (с 31.05.1907), генерал-лейтенантом (с 31.05.1911), генерал-адъютантом (с 01.07.1915), генералом от кавалерии (с 23.01.1916). Происходил из ханской фамилии Нахичеванских. Был единственным за всю историю генерал-адъютантом – мусульманином в русской армии. Участник русской-японской и Первой мировой войн. Кавалер 15 российских и 9 иностранных государственных наград. Предположительно расстрелян в январе 1919 г., возможно, 29 января в Петропавловской крепости вместе с четырьмя великими князьями (однако документально это не подтверждено и место захоронения генерала неизвестно).

И вот этому историческому персонажу было решено поставить памятник. Чтобы восстановить историю его неустановки во всех деталях, я поговорил с авторами – архитектором Геннадием Пейчевым[1] и скульптором, профессором кафедры скульптуры Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина Борисом Петровым[2].

 

[1] Геннадий Пейчев известен, прежде всего, как автор Мемориала погибшим морякам подводной лодки «Курск» на Серафимовском кладбище.

[2] Борис Петров известен как один из авторов памятника Ломоносову (совместно с В.Д.Свешниковым),  памятника городу-герою Ленинграду на пл. Восстания, памятного знака «Блокадная прорубь» на наб Фонтанки, бюста А.М.Горчакова в Александровском саду; автор памятника Л.А.Говорову, фигур на Триумфальной арке Победы в Красном Селе, памятника итальянцам, погибшим во время сталинского террора на Левашовском кладбище, бюстов Петра I и С.И.Мосина в Сестрорецке, наконец, «Фотографа» на Малой Садовой ул. и фонтана «Рыба» в парке им 300-летия Санкт-Петербурга. 

Авторы. Справа Борис Петров, слева Геннадий Пейчев

Все началось с того, что к Пейчеву в 2011 или 2012 году пришло частное лицо — Али Мовсумов со своей частной инициативой: предложением установить в Петербурге памятник Хану Нахичеванскому. Обещал, что пробьет установку в парке им. 300-летия Санкт-Петербурга. Действительно, 31 января 2013 г. Комитет по градостроительству и архитектуре (КГА) объявил, что закладка памятника генералу будет осуществлена к его 150-летию, отмечаемому в июле 2013 г., а сам памятник будет установлен в сентябре-октябре 2013 года в парке 300-летия Петербурга. Тогда же была составлена первая смета.

 

Геннадий Пейчев: Сначала сделали для парка 300-летия, но там не дали места. Сказали, что парк предназначен для развлечений, что это не мемориальная зона (хотя 28 марта 2012 г. там был открыт памятник Миранде, подаренный Венесуэлой. – М.З.). Потом начинается галиматья с местом. Нам дали восемь мест в Комитете по градостроительству и архитектуре (КГА), но все – заведомо непроходимые. Лишь бы мы не поставили памятник! Никому памятник был не нужен. Я спрашиваю на совещании в КГА у главного художника Александра Петрова: «Почему вы даете заведомо непроходимые места? Вы издеваетесь над нами или как?» А среди предложенных мест была лакуна – треугольник на углу Малой Посадской и Мичуринской улиц, прямо позади границы охранной зоны. На совещании присутствовала женщина из КГИОПа, не помню фамилию. Главный художник спрашивает у нее: «Вы не против, если мы дадим разрешение там поставить памятник?» Она говорит: «Нет», встала и ушла. В итоге нам дали разрешение проектировать памятник на этом месте. Это был уже 2014 год. А утвердили проект в «Водоканале» уже в 2015 году. После чего к нам прислали азербайджанского гонца – Идриса Гахраманова (президент группы компаний «Сабина». — М.З.).

— А он кто и зачем тут?

— Спонсор.

Карта участка

Появилось подписанное Г.С.Полтавченко постановление правительства Санкт-Петербурга от 13.11.2015 № 1033 «Об установке памятника Гусейну Хану Нахичеванскому»:

«В целях увековечения памяти о герое Первой мировой войны российском генерале от кавалерии Гусейн Хане Нахичеванском и в связи с 100-летием начала Первой мировой войны Правительство Санкт-Петербурга постановляет:

1) Установить памятник герою Первой мировой войны российскому генералу от кавалерии Гусейн Хану Нахичеванскому (далее — памятник) по адресу: М. Посадская ул., напротив дома N 24.

2) Принять к сведению, что:

2.1. Памятник устанавливается по проекту скульптора Петрова Б.А. и архитектора Пейчева Г.С.

2.2. Заказчиком на выполнение работ, связанных с проектированием, изготовлением, установкой памятника и благоустройством прилегающей территории, является региональная общественная организация Национально-культурное объединение друзей Азербайджанцев “НАХЧЫВАН”.

2.3. Финансирование работ, связанных с проектированием, изготовлением, установкой памятника и благоустройством прилегающей территории, осуществляется за счет внебюджетных средств».

Планировка участка

Возможно, г-н Гахраманов и олицетворял эти «внебюджетные средства».

Параллельно развивался и контрпроцесс. Через месяц после выхода постановления правительства, 14 декабря 2015 г., я получил письмо от градозащитников Петроградского района: «Михаил, мне сообщили сегодня, что очень влиятельные лоббисты есть у решения установить памятник (5 м высотой) в скверике на перекрестке М.Посадской и Мичуринской Гусейну Хану Нахичеванскому. Протест муниципалов, главы райадминистрации, общественности действия, по-видимому, не возымел.

<…> Иван Уралов всегда блокировал появление подобных объектов тем, что для этого места давно запланирован другой памятник. Скажем, на Мичуринской ул. — памятник И.В.Мичурину, что очень важно в условиях импортозамещения. Планировалось поставить в парке 300-летия, вот туда и надо направить памятник этому мусульманину. Раз указанные уровни власти бессильны, то это значит, что  инициатива исходит от губернатора и связана с отношениями с Азербайджаном. Промоутерами являются азербайджанцы».

 

Борис Петров: Потом Мовсумов рассказывал, что наша смета была отправлена в Азербайджан, там ее посмотрели эксперты в правительстве, сказали, что недорого. Смета, со слов Мовсумова, была утверждена, подписана премьер-министром, и деньги были отправлены в посольство Азербайджана в Москве. Это все по информации Мовсумова. Дальнейшая судьба средств нам неизвестна.

А в прошлом году, в мае или июне, нас срочно вызвали на заседание Градостроительного совета: нужно выпустить новое постановление правительства. Мы привезли проект, все прошло на ура, все одобрили проект. Только один архитектор сказал, что место не очень хорошее для такого хорошего памятника.

— А какое отношение к Мичуринской улице имеет этот царский генерал?

— Ну, рядом Мечеть, Татарский переулок…

 

Петроградская сторона, видимо, обречена стать мусульманским мемориальным анклавом…

Что касается самого памятника, то его окончательный вариант представляет генерала в полный рост, в парадной форме лейб-гвардии Конного полка: в каске с двуглавым орлом, опирающегося на палаш. Если сравнивать с фотографией, то отличие фигуры для памятника заключено в отсутствии наград на мундире. Высота фигуры 2,5 м, высота постамента – 2,75 м. Постамент цилиндрический, профилированный,  гранитный, фигура отлита из бронзы. На лицевой стороне постамента должна быть выбита надпись: «Командир русской гвардейской кавалерии, генерал-адътант императора Николая II Гусейн Хан Нахичеванский, герой русско-японской и Первой мировой войн. 1863 – 1919). Фактически это уже надпись не для постамента, а для информационной доски, поскольку исторический персонаж известен только узким специалистам.

Мощение площади выполняется в гранитной брусчатке, частично его рисунок повторяет форму плинта (восьмиконечная звезда). Брусчатка 3-х цветов – темно серая, красная и белая.     Дополнительно устанавливается информационно-биографическая стела. Входы и выходы с площади выделяются малыми формами в виде кованых фашин на гранитных постаментах. Также за счет различных цветов мощения выделяется пешеходная дорожка.

Слева — фотография Гусейна Хана в парадной форме. Справа — модель памятника Гусейну Хану в парадной форме лейб-гвардии Конного полка

В результате постановлением правительства СПб от 24.04.2018 № 355 прежнее постановление об установке памятника было отменено, а принято новое от 26.06.2018 № 525, подписанное Г.С.Полтавченко:

 

«В целях увековечения памяти о герое Первой мировой войны российском генерале от кавалерии Гусейн Хане Нахичеванском Правительство Санкт-Петербурга постановляет:

1) Установить памятник Гусейн Хану Нахичеванскому (далее – памятник) по адресу: сквер без названия на пересечении М. Посадской ул. и Мичуринской ул.

2) Принять к сведению, что:

2.1. Заказчиком на выполнение работ, связанных с проектированием, изготовлением и установкой памятника, является межрегиональная общественная организация “Совет Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы Санкт-Петербурга и Ленинградской области” (далее — заказчик).

2.2. Финансирование работ, связанных с проектированием, изготовлением и установкой памятника, осуществляется за счет средств заказчика.

3) Администрации Петроградского района Санкт-Петербурга совместно с Комитетом по культуре Санкт-Петербурга организовать и провести церемонию открытия памятника».

 

Сменился заказчик – им стал «Совет Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы Санкт-Петербурга и Ленинградской области», который возглавляет генерал Геннадий Дмитриевич Фоменко. Изменилась и финансовая схема: теперь деньги то ли от правительства Азербайджана, то ли от азербайджанского спонсора должны поступить на счет общественной организации, которая и финансирует работы. Попутно из документа исчезли фамилии авторов – Б.Петрова и Г.Пейчева.

Дальше началось самое интересное.

 

Борис Петров: После того, как состоялось заседание Градостроительного совета в мае или июне 2018 г., одобрившее проект памятника на Мичуринской ул. (мы его вдвоем представляли, также Г.Д.Фоменко там присутствовал) и было принято новое постановление правительства от 26 июня 2018 г., через некоторое время сюда приехал сам Полад Бюльбюль-оглы (министр культуры Азербайджана, 1991 – 2006), посол Азербайджана в России с 2006. – М.З.). Был у меня в мастерской. Смотрел проект.

— И сидел, страшно сказать, на том же стуле, на котором сижу и я?

— Нет, не сидел. Я ему показал свои работы, чтобы он был в курсе. Потому что в какой-то момент от нас с Геннадием попросили резюме: а что мы из себя представляем? достойны ли мы делать этот проект? Ну, мы отослали материалы через Мовсумова… Приехал Полад, посмотрел в мастерской, потом побеседовал с Г.Д.Фоменко. Вроде к проекту отнесся нормально, без проблем. Были у него свои предложения: якобы нашли плиту с могилы сына Гусейна Хана, и Полад хотел пристегнуть ее к этому пьедесталу.

Он уехал, и началась переписка по поводу заключения договора между «Советом Героев» и посольством. Фоменко рассказывает: «Я ему договор на пяти листах – он мне на тридцати возвращает.  Я ему на трех листах – он мне на двадцати пяти».

Полад Бюльбюль-оглы

— А какие дополнения были?

— Например, такой смешной пункт: в рамках данного договора авторы передают авторские права в полном объеме за 1 рубль.

— Что значит передают авторские права? Как это? И что, потом автором памятника окажется, например, Бюльбюль-оглы?

—  Вы что не в курсе, как в Туркмении ставили памятники? Министр культуры – автор всех памятников. У меня там был знакомый скульптор, который рассказывал, что министр культуры возглавлял Союз художников, памятники делали кто угодно, а подпись стояла одна: автор – министр культуры.

— Мы еще до этого не дошли… Так в Азербайджане то же самое, если в договоре подкатывают под авторские права?..

— Думаю, что у них этого нет.

— То есть вы с этим не соглашались?

— Нет, конечно. Да мы текста вообще не читали.

— А авторский договор вы с кем заключали?

— Мы должны были потом заключить с Фоменко как председателем «Совета Героев». Сначала были телефонные переговоры и переписка, потом азербайджанская сторона перестала выходить на связь.

— То есть началось все с частной инициативы Мовсумова, который потом обратился в посольство Азербайджана, получил поддержку, и в дело включился посол, чрезвычайный и полномочный…

— Потом он пристегнул к этому проекту Идриса Гахраманова, который потом по поручению посольства Азербайджана подписывал все обращения в органы городской власти Петербурга. Потом была переписка Фоменко с посольством, и с декабря 2018 года наступила полная тишина.

— Так а вы хотите памятник поставить?

— Я хочу, чтобы памятники, которые ставятся в Петербурге, проходили через Градостроительный совет.

— Так ваш памятник ведь прошел Градсовет.

— Вдруг появился уже другой памятник Гусейну Хану Нахичеванскому. Автор его некто Михаил Попов. Этот памятник Градсовет не проходил. Причем фигура уже отлита в бронзе.

— Попов молодой?

— Лет 35.

Михаил Попов. Альтернативный вариант

— А кто промоутеры альтернативного памятника?

— Азербайджанцы, но кто конкретно – не знаю. Фотографию объекта Попова мне прислали друзья.

— То есть вам прислали фото, потому что с вами дружат…

— Дружат и знают про наш проект.

— А чем памятник Попова непонятно кому больше нравится?

— Дешевле.

— По вашей смете сколько памятник стоит?

Геннадий Пейчев: Самая первая – 12,5 млн рублей для парка 300-летия.

Борис Петров: Окончательная 27 млн. Отливка в бронзе, установка, благоустройство территории, мощение, посадка новых кустов…

Геннадий Пейчев: Там же очень много сетей. Я согласовывал место установки в «Водоканале». Я сделал так, чтобы перекладывать не надо было. У меня в «Водоканале» друзья, потому что я там ставил бюст П.И.Палибина (2008, скульптор И.Б.Корнеев), автора проекта петербургских водопроводов. Мне пошли на уступки, и в итоге я сделал фундамент без вертикальных свай, чтобы ничего не задеть.

Борис Петров: По словам Фоменко, Полад дает на памятник только 16 млн. руб., а больше не даст. К тому же они хотели, чтобы благоустройство было сделано за счет города, и за счет города были переложены трубы «Водоканала», потому что им, видимо, «Водоканал» отказал в согласовании.

Причем, повторю, фигура работы этого Попова отлита в бронзе, но через Градсовет не проходили ни эскиз, ни фигура в мягком материале. Скульптор не показывал фигуру в мягком материале в размер сооружения. Ничего не было показано.

— А Владимир Григорьев, председатель Градсовета, высказывается по поводу этих проделок?..

Геннадий Пейчев: А он даже не знает об этом.

Борис Петров: Я поставил в известность главного художника А.Моора. Показал фотографии.

И?

— И промоутеры нового памятника хотели сагитировать генерала Фоменко выступить за альтернативный проект М.Попова. В итоге «Водоканал» им Мичуринскую улицу не согласовал, они тогда, по словам Г.Д.Фоменко, решили искать другое место, а Полад вообще сказал, что поставят не сейчас, а года через четыре…

Кстати, я предлагал в качестве одного из вариантов места установки Красное Село. Там гарнизон стоял, он там служил,там была его часть, он спонсировал строительство церкви там же. Но азербайджанцы не хотят – это не центр города.

 

История не закончилась, но некоторые выводы из нее сделать можно. Вполне вероятно, что в Петербурге будет установлен памятник Гусейну Хану Нахичеванскому работы некоего М.Попова, который не получил одобрения Градостроительного совета, но который продвигает азербайджанская сторона. Это не первый случай такого рода, он означает, что решения Градсовета не значат ничего, и о него можно просто вытирать ноги. При этом ни главный архитектор, председатель совета, ни главный художник своего мнения не высказывают, им, как я полагаю, просто безразлично, что устанавливается. Они, по моим наблюдениям, являются просто пассивными наблюдателями процесса; такое ощущение, что им всё «фиолетово». Принесли проект на заседание Градсовета – рассмотрим и утвердим или отвергнем. Не принесли – мы тут не при чем, ставьте, что хотите, только утвердите место. При этом у города Петербурга нет вообще никакой собственной осмысленной программы установки новых монументальных объектов и нет критериев, по которым можно отличать то, что подходит Петербургу, а что нет.

Наконец, так и осталось непонятным, почему был отвергнут парк им. 300 летия, который вполне мог бы стать логичным отстойником для разного рода подарков, если там уже стоит памятник Миранде. На всех в Петербурге уже не хватает даже крошечных сквериков. Не говоря уже о том. что население крайне раздражают памятники персонам, о которых в Петербурге почти никто не знает, будь то Неллиган, Каподистрия, Маневич, Низами, Комитас, а теперь еще и Гусейн Хан Нахичеванский. Конечно, есть очень пробивные группы граждан и национальные организации, однако памятники в Петербурге можно ставить только тем, кого знают все поголовно (Суворов, Пушкин, Лермонтов, Чайковский, Блок). А исторические раритеты вполне могут быть в специальном месте – в том же парке им. 300-летия. Почему Миранда там стоять может, а Хан Нахичеванский – нет? Кто и на каком основании это определил?

И последнее. Замена авторов «по ходу дела» стала в Петербурге едва ли не традицией. Я несколько раз писал о памятнике адмиралу Ушакову по проекту Я.Я.Неймана и В.Д.Свешникова. Проект памятника победил в конкурсе, был одобрен Градостроительным советом, но как только дело дошло до его изготовления и установки, сразу же под надуманными предлогами стали предлагать другой объект другого автора, который Градсовету не предъявляли. Начались интриги, которые идут уже не первый год.

Интриги, бардак, безвластие, безразличие – это главные свойства процесса установки объектов монументального искусства в Санкт-Петербурге.

 

Михаил Золотоносов

На фото Гусейн Хан в парадной форме. Не позднее 1917 года