Кто крадет книги из «Библиотеки Фридланда»?

Изображения двух книг на иврите из так называемой «Библиотеки Л.Ф.Фридланда», которые вы видите на фотографиях, — это завязка целой детективной истории, начавшейся очень давно, в конце XIX века, и сейчас, прямо в это время, вступившей в свою кульминационную фазу. На книгах написаны инвентарные номера Азиатского музея АН СССР.

Обе книги относятся к особому жанру – это вопросы и ответы. Книга с инвентарным номером 1925 № 811 – это «Рошей Бесамим» Моше Гуриона (Вильна, 1884. Т. 1), книга с номером 1925 № 1130 (старый шифр Ф1 М69) – это «Шаарей Ашер» Рафаэля Ково (Салоники, 1877. Т. 1).

Что это за книги, почему они вообще нам сейчас интересны? Чтобы это объяснить, начну детектив с предыстории.

 

Купеческий дар и его судьба

 

Жил в XIX веке в Петербурге один богатый еврей — Фридланд Лев Файвелевич (1826 – 1899). Общественный деятель, филантроп, купец первой гильдии, действительный статский советник и коллекционер еврейских книг. На его деньги был построен приют для сирот со школой ручного труда в Петербурге и убежище для престарелых евреев в Иерусалиме. Знаменитым Фридланд стал благодаря замечательной библиотеке еврейских книг, которую в 1892 году он подарил Азиатскому музею при Императорской Академии наук, основанному в 1818 г.

В 1930 г. Азиатский музей вошел в состав Института востоковедения АН СССР (ИВАН), который находился в Ленинграде. В 1950 г. ИВАН был переведен в Москву, а в Ленинграде остался его филиал, расположенный в Ново-Михайловском дворце (Дворцовая наб., 18). В 2007 г. филиал стал самостоятельным научным учреждением – Институтом восточных рукописей РАН (ИВР), который расположен там же – в Ново-Михайловском дворце, построенном для великого князя Михаила Николаевича, сына Николая I. Чтобы сын жил рядом с папой.

В 1892 г. в коллекции Фридланда было 300 рукописей и 10 000 книг на еврейских языках (иврит, идиш, ладино), а также книги по гебраистике, изданные в период с конца XV века до начала 1890-х годов. Вопреки завещанию коллекцию разделили: книги отправили в Библиотеку Академии наук (БАН), а рукописи оставили в Азиатском музее. Первоначально в коллекции было 64 инкунабулы и 346 палеотипов, а также менее ценные книги. Затем к коллекции присоединяли издания на еврейских языках, т.е. она продолжала прирастать, находясь в БАН. Добавились обязательные экземпляры, книги, экспроприированные из синагог после революции, общинных библиотек, коллекции известных востоковедов, военные трофеи… В итоге образовался огромный ценнейший массив книг, изданных с XV в. до 1920 гг., количество которых примерно оценивается в 50 000 единиц хранения. В собрании большое количество первых изданий, уникальные экземпляры с маргиналиями известных ученых; многие книги имеют экслибрисы, печати, владельческие надписи общественных и политических деятелей, ученых, раввинов. В собрании находится большинство изданий Библии, Талмуда, конкорданций, словарей…

Кризисный момент в истории хранения этой гигантской коллекции – 1997-й год, когда из БАН она была перемещена в Ново-Михайловский дворец, тогда еще Санкт-Петербургский филиал ИВАН. Почему она была перемещена, пока неизвестно. Пожар в БАН случился в 1988 году, и вряд ли перемещение связано с этим жутким событием. Скорее всего, просто решили освободить место. И эти 50 000 книг посчитали лишними и перевезли в филиал ИВАН. Хотя это тоже российское культурное наследие, и принадлежит оно именно России, а не, скажем, Израилю, как кто-то может подумать. Возможны совместные программы по оцифровке, но храниться в надлежащих условиях это богатство должно только у нас, в Петербурге.

Впрочем, точнее будет сказать, что разросшуюся коллекцию Фридланда из БАН в филиал ИВАН не перевезли, а перегрузили, как стройматериалы, свалив на пол. Потому что стеллажи для изданий разного формата подготовлены не были, сам этот «груз» не был описан в БАН, не прошел инвентаризацию и каталогизацию. В коллекции есть и совсем крошечные книги, и огромные, формата фолио, для которых нужны специальные шкафы. Их не было у филиала ИВАН, их нет и в ИВР, нет ни специального библиотечного оборудования, сделанного на заказ, нет помещений, даже нет специалиста, который бы мог все это привести в порядок и научно описать. Не какую-то часть, а всё! А уж сколько могло пропасть или пропало при перегрузке 1997 года вообще не знает никто. Этим даже никогда не интересовались. А ценности в коллекции Фридланда находятся большие.

Фотографии сделаны Екатериной Шухман не позднее ноября 2016 г.

Частично инвентаризированные книги среднего формата расставлены на стеллажах по шифрам, книги малого формата сложены в коробки, на полу в Белом зале лежало около 5 тысяч книг и не только большого формата, утверждает востоковед-семитолог Екатерина Шухман. В частности, около 1000 книг, лежащих на полу, не имели переплетных крышек, требовали реставрации.

Вот что рассказала Екатерина Шухман, которая работала в ИВР в 2007 – 2016 гг.:

«В коллекции есть инкунабулы – книги XV века, Фридланд собирал книги с автографами известных людей, и это очень ценно. Когда коллекцию привезли в Ново-Михайловский дворец, книги просто свалили в бывшем кабинете великого князя, теперь его называют Белым залом, в домовой церкви и в коридорах. В коридорах они, правда, были в шкафах, но не расставлены, а просто их туда кое-как запихали. Период с 1500 до 1550 года – это золотой век еврейского книгопечатания, книги этого времени называются палеотипы. И когда я увидела, что они лежат среди книг, сваленных на полу и у батарей отопления, я их стала оттуда вытаскивать и складывать отдельно. Вообще-то трудно представить: эта коллекция пережила революцию, ее не сожгли в блокадных буржуйках, даже при пожаре БАН книги не пострадали – перед самым пожаром их непостижимым образом перенесли с верхнего этажа, где бы они точно сгорели, в подвал. И вот теперь, казалось бы, в цивилизованном обществе, они находятся в таком состоянии. А главное, ведь они недоступны для специалистов. Коллекция так целиком и не описана.

А уволилась я по собственному желанию после 10 лет, в течение которых пыталась внушить руководству (ИВР, РАН, Минкультуры, президенту РФ) мысль о ценности коллекции и невозможности ее так хранить. Книги же гибнут и теряются. Кроме того, не выработана единая система обработки. Каждый новый библиотекарь приходит и начинает сначала, и на книге XVI века ставит шариковой ручкой новый шифр. Иногда там до 5 шифров на экземпляре – зачем? Так коллекция никогда не будет описана. Здесь обязательно нужно нормальное программное обеспечение. Та программа ИРБИС, на которой я работала, была не лицензированная, так что вся база данных была доступна только мне, и никто больше не мог ею пользоваться, заказать книгу было невозможно. И потом ИРБИС – хорошая программа, но не для еврейских книг, она не воспринимает языка».

 

Моя переписка с директором ИВР

 

Директору ИВР И.Ф.Поповой, доктору исторических наук, я написал запрос на предоставление информации, основываясь на предоставленных Шухман материалах: ее обращениях на имя президента РФ В.В. Путина от 22.12.2016, 10.07.2017 и 04.12.2017, письме самой И.Ф.Поповой на имя академика-секретаря Отделения истории и филологии РАН акад. В.А.Тишкова от 11.04.2017 № 181.1/135, ответа из КГИОП от 10.02.2017 № 2-23309/16-0-1 на обращение Шухман Е.О., ответов из Федерального агентства научных организаций (ФАНО), Минкультуры, фототаблиц, сделанных в помещениях Ново-Михайловского дворца, в которых не столько хранятся, сколько беспорядочно складированы книги из коллекции старопечатных еврейских книг Л.Ф.Фридланда (помещение № 238 «Белый зал», помещение № 304 «Церковь»).

Из всего этого обширного эпистолярия следует, писал я Поповой, что ввиду многих причин (в том числе из-за дефицита квалифицированных кадров) ИВР РАН не в состоянии обеспечить не только научное описание коллекции Л.Ф.Фридланда, т.е. предусмотренные стандартами библиотечной работы обработку и каталогизацию книг (к настоящему времени инвентаризировано около 7000 книг, причем 3400 было инвентаризировано еще до Шухман, из этих 7000 введено в компьютерную базу данных около 3 600 экземпляров), но и элементарную сохранность книг вследствие:

1) неудовлетворительного состояния самого здания (протечки, трещины, опасность коротких замыканий в электропроводке), и повышенной пожароопасности,

2) неудовлетворительных условий содержания книг (крупноформатные издания из-за отсутствия стеллажей необходимого размера находятся в основном на полу, в том числе возле батарей центрального отопления, что подтверждается фототаблицами, а из-за неправильного хранения книгам наносится непоправимый ущерб),

3) отсутствие необходимой охраны коллекции, что приводило к заактированным хищениям (так, за период с 2007 по 2015 г. было официально зарегистрировано два случая кражи ценных книг посторонними, причем часть инвентаризированных экземпляров не была обнаружена).

Поскольку параллельно я отправил запрос в КГИОП (они получили мое письмо 6 декабря 2017 г., ответ еще не получен), здесь я не буду касаться проблем сохранности/аварийности самого Ново-Михайловского дворца и его реставрации, т.е. протекающей крыши, состояния электропроводки и т.п. Затрону только вопросы хранения коллекции, которые я задал директору Поповой, хотя, конечно, содержание книг на сыром полу, если крыша течет, вряд ли полезно бумаге.

В самом начале своего запроса я подчеркнул, что комплекс книг, именуемый коллекцией Фридланда, насчитывает до 50 000 документов, обладает исключительной культурной ценностью, входит в состав национального библиотечного фонда.

1 Имеются ли в помещениях, занимаемых ИВР РАН, условия (помещения, стеллажи и другое библиотечное оборудование) для хранения всех книг из коллекции Л.Ф.Фридланда не на полу, около батарей отопления и т.п., а исключительно на стеллажах соответствующего размера? Или ценные книги по-прежнему лежат на полу в штабелях?

2 Обращалось ли руководство ИВР РАН в полицию в связи с кражами книг, зафиксированными актами внутренней проверки?

3 Имеются ли в данное время в ИВР сотрудники, способные вести обработку и каталогизацию книг из всей коллекции Л.Ф.Фридланда?

4 Поставлены ли все книги из коллекции Л.Ф.Фридланда на баланс ФГБУН ИВР РАН?

5 Несет ли ФГБУН ИВР РАН в лице директора персональную материальную ответственность за все книги из коллекции Л.Ф.Фридланда? Если не директор, то кто персонально является материально ответственным лицом?

6 Имеются ли в распоряжении ФГБУН ИВР РАН документы, однозначно подтверждающие факт не просто перемещения всех книг из коллекции Л.Ф.Фридланда из БАН в ИВР РАН, а именно ответственного (в материальном смысле) хранения всех книг из коллекции Л.Ф.Фридланда?

7 Из предоставленных редакции материалов создается впечатление, что коллекция Л.Ф.Фридланда не нужна ИВР РАН, что в ИВР не осознают, какой ценностью является этот книжный комплекс. Может быть, ФГБУН ИВР РАН – с учетом всего сказанного выше – целесообразнее отказаться от хранения в своих помещениях всех книг из коллекции Л.Ф.Фридланда и передать их, с соблюдением всех юридических формальностей, в Российскую национальную библиотеку?

 

Ответ на мой запрос из ИВР поступил 7 декабря 2017 г. по электронной почте. Из этого ответа я узнал следующее:

 

— В 2016 г. работником охранной фирмы ООО Звезда Питера», выигравшей конкурс, была совершена кража, о чем ИВР РАН сообщил в полицию Приморского района. Украденные ценности были возвращены в коллекцию Института правоохранительными органами.

— В настоящее время из 13 000 ед. хранения, составляющих библиотеку Л.Ф.Фридланда, заинвентаризовано 8 840 ед. хранения. После перемещения книг на постоянное место хранения работа по инвентаризации продолжится.

— Согласно статье 227 Трудового кодекса РФ руководитель организации несет полную персональную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

— Распоряжением Правительства РФ от 23.12.2016 г. № 2800-р утвержден Перечень научных организаций, осуществляющих постоянное хранение документов Архивного фонда РФ, находящихся в государственной собственности. Согласно этому документу, ИВР РАН входит в этот перечень и, следовательно, осуществляет постоянное хранение документов Архивного фонда РФ.

В соответствии с частью 2 статьи 19 Федерального закона «Об архивном деле в РФ» от 22.10.2004 г. № 135-ФЗ документы Архивного фонда РФ не входят в состав имущества организаций, осуществляющих их хранение. Следовательно, ИВР РАН не может поставить на баланс документы Архивного фонда РФ.

— В распоряжении ИВР РАН имеются документальные материалы, подтверждающие передачу Л.Ф.Фридландом своей книжной коллекции Азиатскому музею, коллекции которого вошли в библиотечно-архивное собрание ИВР РАН.

 

В заключение Попова решила мне немного пригрозить и напомнила, что я должен руководствоваться ст. 152 ГК РФ. То есть в случае чего она подаст в суд исковое заявление в связи с распространением мною информации, не соответствующей действительности и оскорбляющей честь и достоинство Поповой.

Но вот что бросается в глаза при сравнении моих вопросов с ответами на них директора ИВР Поповой.

Я в самом начале, сославшись на данные Шухман, написал про комплекс из 50 000 книг. Попова на это никак не отреагировала вообще, даже не указала, что я введен в заблуждение злодейкой Шуман (а половину письма Попова посвятила попытке скомпрометировать Шухман в моих глазах), а написала, что коллекция Фридланда насчитывает в 6 раз меньше – 13 000 ед. хранения.

При этом не согласуются данные и по инвентаризации. Шухман утверждает, что заинвентаризировано около 7000 книг, а введено в компьютерную базу данных – около 3 600 экземпляров, а Попова написала, что Шухман заинвентаризировала вместо 7 380 – всего 3 320 книг. А вообще инвентаризацию прошло 8 840 книг. Но почему Шухман должна была инвентаризировать 7 380, а не те 13 000, о которых сама же Попова и пишет?

Например, на вопрос № 3 я не получил ответа, видимо, сотрудников, способных проводить инвентаризацию еврейских книг, в ИВР нет, но тогда непонятно, каким образом Шухман провела инвентаризацию по состоянию на 2016 г. 3 320 книг, а к 7 декабря 2017 г. заинвентаризованных книг оказалось уже 8 840? Кто же провел за 2017 год инвентаризацию 5 520 книг?

На вопрос № 1 про стеллажи ответа также не последовало, равно как и на вопросы №№ 4 и 6. Я спрашиваю про книги, находятся ли они на балансе ИВР, а Попова, словно не понимает и отвечает мне про документы Архивного фонда РФ, которые ИВР не может по закону принять на баланс. Или Попова не понимает разницу между книгой и архивным документом? Или это умышленная «веселая путаница», которая в советское время называлась «запустить дурочку»?

Я спрашиваю (№ 6), имеются ли документы, однозначно подтверждающие факт не просто перемещения всех книг, входящих в коллекцию Л.Ф.Фридланда, из БАН в филиал ИВАН, позже ИВР РАН, т.е. документы ответственного (в материальном смысле) хранения всех книг из коллекции Л.Ф.Фридланда, а Попова пишет про документальные материалы, подтверждающие передачу Л.Ф.Фридландом своей книжной коллекции Азиатскому музею, коллекции которого вошли в библиотечно-архивное собрание ИВР РАН.

Ну, с передачей коллекции самим Фридландом Азиатскому музею в 1892 г. как раз все понятно и без Поповой. А вот с перегрузкой «книгоматериалов» по маршруту БАН – филиал ИВАН в 1997 г. как обстоят дела? И тут снова нет ответа. Значит, нет и документов о передаче книг – по мнению Шухман их 50 000 – на баланс библиотеки ИВАН – ИВР?

Кстати, в письме нашему любимому президенту от 22.12.2016 г. Шухман писала: «Статус коллекции не определен. Большая часть книг не описана. Коллекция недоступна читателям и исследователям. Администрация ИВР РАН не ставит данные книги на баланс, не обеспечивает им должное хранение и обработку». Результат обращения к Путину свелся к отпискам, которые не изменили ничего.

Характерно, что в финале письма директора Поповой, которое она мне направила, помимо латентной угрозы в виде напоминания о ст. 152 ГК РФ еще и высказано такое оригинальное предложение: «ИВР РАН постарался в настоящем письме предоставить Вам полную информацию о коллекции Л.Ф.Фридланда и готов направить своего представителя встретиться с Вами для дополнительного обсуждения интересующих Вас вопросов».

Какое, однако, любезное предложение? Может быть, Попова решила, что я инвалид-колясочник и до ИВР мне не добраться? Я, правда, понял это предложение иначе: пускать меня в ИВР Попова не решается, потому что все те ужасы, которые описала Шухман, я увижу своими глазами. И все подтвердится на «месте преступления».

 

Предварительные итоги

 

Стало быть, что мы имеем в результате? С одной стороны, мы имеем одного неравнодушного человека – Екатерину Шухман и ее обширное эпистолярное наследие. Ответы на ее тревожные письма с огромным количеством  неопровержимых доказательств свидетельствуют только об одном – о полном безразличии РАН к судьбе 80 000 еврейских книг. Шухман получила полное собрание отписок.

С другой стороны, мы имеем огромное количество ценных еврейских книг, большая часть которых не описана, не каталогизирована, не инвентаризирована, причем директор ИВР, на территории которого эти книги находятся, даже не признает факта их существования. Даже не отрицает, не пишет, что нет 50 000 книг, а просто про них не упоминает, хотя я настивал в своем запросе!

А поскольку я человек простой, то и предположения у меня простые. Раз это все не учтено, не описано, не внесено в инвентарные книги и не предполагается ко внесению, то воруй сколько влезет!

И вот тут я возвращаюсь к самому началу статьи – к фотографиям двух еврейских книг. Они имеют штампы «Библиотеки Л.Ф.Фридланда» и Библиотеки Азиатского музея, но почему-то… продаются в букинистическом магазине «Книга Лавка» (Торфяная дорога, 2, корп. 5). Именно здесь 16 января 2018 г. в 13 часов эти фотоснимки и были сделаны. На фотографиях видна часть прилавка магазина, другие книги, которые здесь продаются. Это не фотошоп, это подлинный документ. И это странно, потому что Лев Файвелевич подарил книги не магазину «Книга Лавка», а Азиатскому музею Императорской Академии наук.

Отсюда вопрос (как любил говорить Глеб Жеглов): ворованные ли это книги? Они могли быть украдены в 1997 г., когда коллекцию «книгоматериалов» перегружали из БАН в филиал ИВАН, могли позже, когда коллекция уже находилась в ИВАНе или в ИВР. Попова написала мне про один случай кражи, а также о том, что все украденное вернули, однако по данным Шухман в период 2007 – 2015 гг. было зафиксировано два случая кражи, причем не была обнаружена часть инвентаризированных экземпляров. Шухман же сообщила, что в 2007 г. некий «исследователь из США», работавший с коллекцией Фридланда, украл 29 книг. В течение трех лет он бесконтрольно работал прямо в хранилищах «Белый зал» и «Церковь» (это внутренние помещения Ново-Михайловского дворца) по личному разрешению директора Поповой. «После его визита, — свидетельствует Шухман, — я обнаружила отсутствие 29 инвентаризированных и расставленных лично мной книг, о чем я уведомила директора ИВР РАН Попову И.Ф. (см. докладную записку). По словам Поповой И.Ф. были предприняты все необходимые действия, однако книги так и не были найдены».

Вопросов тут много, в том числе, естественно, и к Поповой И.Ф., ответы на них сейчас будет искать уже полиция, поскольку есть подозрения, что совершена кража государственного имушщества, т.е. уголовное преступление, предусмотренное ст. 158 УК РФ.

Поэтому точку я в этой истории не ставлю, тем более, что скоро придет ответ из КГИОП и возникнет возможность разобраться еще и с состоянием здания Ново-Михайловского дворца – памятника архитектуры федерального значения.

 

Михаил Золотоносов