Можно ли ломать стены Павловского дворца ради заботы об инвалидах?

Эпидемия «приспособления для современного использования», погубившая уже не один архитектурный памятник в Петербурге, добралась и до пригородов. Очаг болезни обнаружился в Павловском дворцово-парковом ансамбле, а точнее – в Павловском (Большом) дворце. Администрация ГМЗ «Павловск» вдруг решила, что необходимо обеспечить доступ инвалидов и малоподвижных групп населения (МГН) в этот самый дворец посредством создания внутри исторического здания подъемного устройства для доставки МГН на второй, а лучше бы и на третий этаж Центрального корпуса.

Сразу скажу, что дело это, в принципе, благородное, однако установка такого агрегата – это прежде всего шахта, которую надо пробить на высоту двух-трех этажей памятника архитектуры федерального значения внутри него. Иными словами, если не прятаться за спинами инвалидов и разными эвфемизмами, подразумевается радикальное внедрение во внутреннюю структуру памятника и его частичное разрушение. Что, естественно, прямо противоречит охранному законодательству.

 

Требует ли закон лифта для инвалидов

 При строительстве дворца в 1782–1825 гг. лифты установлены не были, хотя, к примеру, в 1816 г. лифт появился в главном доме подмосковной усадьбы Архангельское, которой тогда владел Н.Б. Юсупов. Однако ни Ч. Камерон, ни А.Н. Воронихин, ни Д.И. Кваренги, ни К.И. Росси заказа на лифты в Павловском дворце не получили. При восстановлении дворца после Великой Отечественной войны, когда дворец был разрушен усилиями артиллерии Красной армии и вермахта, лифты тоже не установили. И вот теперь этой проблемой озаботилась нынешняя администрация ФГБУК «ГМЗ “Павловск”» во главе с директором В.А. Дементьевой.

Появилось архитектурно-реставрационное задание АРЗ № 2-5549 от 17.06.2017, согласованное со стороны ГМЗ «Павловск» А.С. Моргуновым, заместителем директора по ремонту и реставрации, а со стороны КГИОПа – начальником Управления по охране и использованию объектов культурного наследия Е.Е. Ломакиной – кстати, подчиненной Дементьевой, когда она была председателем КГИОПа (Ломакина заведовала отделом Адмиралтейского района). Заданием предусмотрена разработка проекта с обоснованием принятых конструктивных решений.

Договор № 164 между ГМЗ и ООО «М.Г. Прайват Реконстракшн» датирован 20 декабря 2017 г., заказчика в нем представляет тот же Моргунов, а исполнителя – гендиректор ООО Г.А. Трофимов. Предметом договора является эскизный проект «по приспособлению здания для современного использования в части обеспечения доступа инвалидов…», срок выполнения проектных работ – 15 декабря 2018 г., стоимость проекта – 249063 руб. В ТЗ конкретизировано, что речь идет о подъемнике (лифте), и в процессе проектирования следует определить возможные варианты его размещения, а потом согласовать документацию эскизного проекта с КГИОПом.

Зачем нужен этот лифт?

В пояснительной записке говорится, что этого якобы требует законодательство –   решение установить в Павловском дворце лифт администрация ГМЗ приняла на основании статей 30 и 37 закона РФ от 09.10.1992 № 3612-1 «Основы законодательства о культуре» с изменениями согласно закону от 29.15.2015 № 394-ФЗ.

Но на самом деле упомянутые статьи закона никакого лифта от Павловского дворца не требуют. В ст. 30 «Обязанности государства по обеспечению доступности для граждан культурной деятельности, культурных ценностей и благ» фразы из этой статьи, процитированной в пояснительной записке, нет вообще, а в отношении инвалидов ст. 30 лишь дает ссылку на «Порядок обеспечения условий доступности для инвалидов культурных ценностей и благ в соответствии с законодательством РФ о социальной защите инвалидов…».

«Порядков» два: один – для всех учреждений культуры – был установлен приказом Минкультуры РФ от 16.11.2015 № 2800, второй – это «Порядок обеспечения условий доступности для инвалидов объектов культурного наследия, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия народов РФ», он утвержден приказом Минкультуры РФ от 20.11.2015 № 2834.

Естественно, здесь говорится об обеспечении доступности (понятно, что инвалиды должны иметь возможность попадать в музейные залы), но слова «лифт» или «подъемное устройство» в нем отсутствуют.

Зато в п. 4 указано, что «в целях обеспечения сохранности объекта культурного наследия в его исторической среде нормы настоящего Порядка применяются с учетом требований по сохранению объекта культурного наследия…»

Иначе говоря, Порядок утверждает приоритет охранного законодательства над доступностью объекта культурного наследия для инвалидов. То есть устанавливать подъемное устройство ценой уничтожения исторических стен нельзя.

Во-вторых, в ст. 37 «Полномочия федеральных органов госвласти в области культуры», которая в пояснительной записке также процитирована неверно, сказано про «обеспечение условий доступности для инвалидов федеральных государственных музеев, перечень которых утверждается Правительством РФ».

Так вот, перечень федеральных учреждений культуры и искусства (это театры и библиотеки) есть, он утвержден приказом Минкультуры РФ, а вот перечня музеев почему-то нет. Но даже если бы он и существовал, то и это бы ничего не меняло.

В силу «Порядка», утвержденного приказом Минкультуры РФ от 20.11.2015 № 2834, доступность для инвалидов необходимо обеспечивать не с помощью подъемных устройств, требующих нарушения закона «Об объектах культурного наследия», а иными способами.

Таким образом, юридическое обоснование, на основании которого хотят ломать исторические стены, – полная ерунда.

 

Кирпичи можно, инвалидов – нельзя

 Авторы эскизного проекта предложили три варианта возможного расположения лифта для МГН в центральном корпусе дворца: 1) в помещении Обходной галереи»; 2) в помещении «Потайной лестницы»; 3) в помещении «Темной лестницы».

Причем тут же сказано, что «в связи со стесненностью пространства в предполагаемых местах установки подъемного устройства для МГН возможно применение только вертикальных лифтов-подъемников, не требующих машинного отделения, стационарной шахты и приямка. Подготовка места установки подъемника минимальна – необходима ровная бетонная площадка. В рассматриваемом варианте – выровненная поверхность кирпичных сводов».

Иными словами, речь идет не об обычном лифте с кабиной, а о подъемной платформе с ограждением согласно ГОСТ Р 55555-2013 «Платформы подъемные для инвалидов и других маломобильных групп населения…». Причем проектанты предложили вертикальное перемещение в шахте, не имеющей ограждения, – во всяком  случае, я именно так понял отказ от «стационарной шахты». Нечто подобное можно увидеть на строящихся зданиях: для подъема людей и кирпичей наверх делаются именно такие устройства.

Однако беда в том, что стандарт Р 55555-2013 распространяется исключительно на платформы, устанавливаемые в шахте без ограждения с высотой подъема до 2,0 м или на платформы, установленные в огражденной шахте высотой подъема до 4,0 м (см. пункт 1.3).

Из эскизного проекта видно, что подъем на платформе – в огражденной шахте или неогражденной – на третий этаж Павловского дворца составляет 12,5 м, что существенно превышает разрешенную высоту в 4 метра, и потому предложенный вариант вообще не соответствует действующему ГОСТу. Даже на второй этаж высота подъема составляет около 7 метров. Так что тут не о чем говорить в принципе. Кирпичи на таких подъемниках можно поднимать хоть на 100 м, а инвалидов – только на четыре метра.

С учетом этого обстоятельства нет смысла обсуждать детали установки подъемной платформы, направляющие которой крепятся к исторической стене, потому что прежде всего встает вопрос: выдержит ли кирпичная кладка конца XVIII века динамические нагрузки?

Возникает и другой вопрос, еще более интересный: на что рассчитывали создатели этого эскизного проекта? Есть ли в ООО «М.Г. Прайват Реконстракшн» хоть какой-нибудь инженер? И не боится ли руководство ГМЗ «Павловск» взять на себя ответственность за нарушение ГОСТа, обеспечивающего безопасность инвалидов? Или ему не терпится вследствие всей этой авантюры оказаться под следствием? Понятно, что по  многим госслужащим тюрьма плачет, но когда служащие плачут по тюрьме – это уже странно. Ясно также, что у В.А. Дементьевой могут быть особые представления о соблюдении законов, приказов и ГОСТов. Напомню, что именно при Дементьевой – председателе КГИОП – с разрешения этого ведомства была осуществлена переделка Летнего сада, изуродованного до неузнаваемости.

Короче говоря, речь может идти только о нормальном лифте с кабиной, с обустроенной шахтой, с машинным отделением для двигателей и с приямком, для чего, как можно понять, надо настолько существенно раздолбать внутренность Павловского дворца, что на это не может решиться даже администрация ГМЗ.

 

Три варианта нарушения законодательства

 Должен предупредить, что осмотреть предполагаемые места преступлений во дворце пока не получилось – связаться с В.А. Дементьевой нам во время подготовки материала не удалось. Поэтому я описываю варианты по пояснительной записке к эскизному проекту, хотя вопросов, естественно, возникает по ходу чтения множество.

 

Вариант 1. «Обходная галерея».

Он почему-то предложен, хотя в нарушение ТЗ обеспечивает доступ МГН с первого этажа только на второй. При этом в пояснительной записке указано, что «установка подъемника предполагается в помещениях памятника федерального значения, где исторические кирпичные стены и своды обходной галереи, обозначенные на планах по проекту Чарльза Камерона, являются предметом охраны».

Чтобы провести подъемник без ограждения на 2-й этаж, в охраняемом историческом своде надо пробить дыру размером 150х150 см. При этом сделано замечание, что пробитый свод надо будет усилить, так как Камерон спроектировал конструкции, связав стены, устои и своды металлическим каркасом из вертикальных и горизонтальных связей. И возникают опасения: не рухнет ли пробитый свод к чертовой матери?

Установка подъемника до 2-го этажа. Необходим демонтаж сводов.

 

Вариант 2. «Потайная лестница».

 

Лестница, сделанная из известняка с шириной марша 80 см, имеет ступеньки, консольно заделанные в кладку стен. Лестница – предмет охраны, на планах впервые обозначена в  1801 г., тем не менее ее предложено безжалостно уничтожить вместе с исторической площадкой второго  этажа.

Подъем здесь тоже возможен только до 2-го этажа, но на третий этаж можно будет попасть,  если пробить свод и провести шахту подъемника на 3-й этаж – туда, где сейчас находится экспозиция «Убранство русского жилого интерьера». Опять уничтожаются предметы охраны.

Установка подъемника вместо исторической лестницы.

 

Вариант 3. «Темная лестница».

 

 

Лестница имеет ширину маршей 135 см, является предметом охраны. Сейчас лестница используется как эвакуационная с третьего этажа. Предлагается установить подъемник в пролете между лестничными маршами с размерами 138х138 см. При этом будет нарушено объемно-пространственное решение исторической лестницы XVIII века, демонтирован исторический светильник.

Подъемник в пролете «Темной лестницы».

При этом, в отличие от первых двух вариантов, «расположение подъемника не вписывается в логистическую схему и не обеспечивает беспрепятственного перемещения внутри здания». То есть проектировщики намекают, что этот вариант не годится для реализации – и предыдущие лучше.

 

Какой выбор сделан

Как удалось выяснить, в сентябре 2017 года КГИОП провел опрос экспертов – членов Совета по сохранению культурному наследия Н.И. Явейна, М.И. Мильчика и А.А. ононова – какой вариант устройства лифта в Павловском дворце им ближе.

Михаил Мильчик выбрал «Темную лестницу» (посчитав этот вариант более предпочтительным) и «Потайную лестницу». Никита Явейн остановился на «Потайной лестнице», а Александр Кононов – на «Темной лестнице».

Однако 5 марта 2018 года Кононов скорректировал свою позицию и указал, что если уж установить подъемник в пространстве «Темной лестницы» нельзя, то надо признать, что устройство лифта в Павловском дворце невозможно в принципе.  Потому что разрушать своды Камерона и лестницу Бренны недопустимо.

Что сделал КГИОП после опроса экспертов? Проигнорировал их мнение.

В марте 2018 года Е.Е. Ломакина (КГИОП) письмом на имя А.С. Моргунова (ГМЗ «Павловск») уведомила его, что наиболее предпочтительным считает вариант «Обходная галерея». То есть ровно тот, который отвергали все.

 

А если все же почитать закон?

 Частично я уже затронул юридические вопросы, из которых следует, что:

а) подъемник для инвалидов устанавливать в Павловском дворце нельзя в силу ГОСТа;

б) для обеспечения доступа инвалидов в музей, здание которого является объектом культурного наследия, установка лифтов (подъемников) законом не предусмотрена, а приоритет имеет закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ».

Причем эта норма установлена Федеральным законом № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в РФ», и все приказы Минкультуры целиком основаны на этом законе. Этот закон требует обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов ко вновь вводимым в эксплуатацию или прошедшим реконструкцию, модернизацию объектам.

Понятно, Павловский дворец не относится ко «вновь вводимым в эксплуатацию» объектам, из чего следует, что закон избавил музеи, расположенные в старых зданиях, тем более памятниках архитектуры, от обязанности выполнять эту норму закона № 181-ФЗ.

Закон предписывает другое – обязанность руководства учреждений культуры обеспечить сопровождение инвалидов и оказание им помощи.

А это уже означает, что музеи обязаны иметь специальные группы помощи инвалидам, в том числе и в креслах-колясках.

То есть то, что сейчас делается в петербургском метро: я поговорил с людьми, занимающимися там помощью инвалидам, и выяснил, что спускать инвалида с коляской могут два человека, поднимать – четыре. Максимум инвалидов, которых приходилось поднимать/опускать на станции «Гостиный двор», – 12 человек. Но бывают дни, когда ни один инвалид не просит о помощи.

Таким образом два-четыре сотрудника из группы помощи инвалидам без труда поднимут инвалида в кресле-коляске и на 2-й, и на 3-й этажи безо всякого лифта, используя собственную физическую силу. При том мизерном количестве инвалидов, которые отважатся на путешествие в Павловский дворец, это будет и проще во всех отношениях, и дешевле, с учетом того, что любой подъемник, даже если его установят по принципу «если нельзя, но очень хочется, то можно», требует постоянных эксплуатационных расходов.

Естественно, это не так привлекательно и главное «сытно», как проектирование подъемника за 250 тыс. руб. и потом строительные работы примерно за 12 млн руб. (это с учетом сложившейся практики: проект может составлять 2% от стоимости строительства). Зато не будет нарушен ни один из нормативно-правовых актов и ни один ГОСТ, а также не будут уничтожены предметы охраны Павловского дворца: своды, лестничные марши и т.д.

Кстати, реализация такого проекта опасна не только для дворца в Павловске, но и как прецедент.

Михаил Золотоносов