Почему Мединский еще не запретил «Алису в стране чудес»

Дико странно, что Милонов, Мизулина, Мединский и другие защитники нации от разных развратов до сих пор не закричали, что пора уже оградить детей от «Алисы в Стране чудес», что надо обернуть книжку Льюиса Кэрролла как минимум в целлофан и наклеить на него бирку «60+». Потому что есть для этого все основания.

Вместе с художником Богорадом продолжаем напоминать народу, какие книги он когда-то читал, но забыл, что там написано. После  «Войны и мира» Толстого переходим к «Алисе в Стране чудес» Кэрролла.

Сюжет. Девочка Алиса отдыхает на берегу речки и вдруг видит Белого Кролика с карманными часами в лапе. Она падает за ним в кроличью нору и оказывается в зале с множеством дверей. Выбирает маленькую дверь. Потом Алиса все время меняет размеры: то уменьшается, то увеличивается. Встречает странных существ: Чеширского Кота, Мартовского Зайца, Шляпника и пр. Все они пребывают в разной степени безумства. Гусеница кормит девочку грибами, после чего  у Алисы то пропадают плечи, то вытягивается шея. В этом мире в крокет играют птицами фламинго (ими негуманно бьют по ежам вместо мячей), а дети превращаются в поросят. История заканчивается судом присяжных – судят  Валета Червей, который украл у Королевы то ли пирожки, то ли крендели, то ли тарталетки (в разных переводах по-разному). Алису вызывают свидетельницей и хотят отрубить ей голову. Но тут Алиса просыпается на берегу реки.

Сначала эту сказку критики ругали за бессмыслицу, потом хвалили за фантазию. А с некоторых пор поняли, что все непросто. Есть несколько версий, о чем, собственно, эта история

Версия первая. Алиса пребывает в психоделическом бреду, находясь под воздействием галлюциногенных грибов. И, вероятно, не только их. Отсюда видения разговаривающих животных, меняющиеся размеры и пропадающие плечи. Опытные люди попытались реконструировать каждый эпизод сказки путем приема всяких осуждаемых нами веществ – и уверяют, что у них это получилось.

В общем, очевидная пропаганда субстанций, меняющих сознание. Но Мединский молчит.

Версия вторая. Это воплощение интимных мечтаний автора (всем, наверное, известно, что Льюис Кэрролл – псевдоним Чарльза Лютвиджа Доджсона, профессора математики и англиканского диакона).

По этой версии Алиса – это не Алиса, а имеющийся у профессора орган, который имеет возможность менять размеры. А почему это орган – то есть Алиса, – попав в кроличью нору, выбирает самую маленькую дверь? Потому что она, то есть он, предпочитает девочек.

Известно, что в реальной жизни Кэрролл-Доджсон любил заниматься с юными ученицами. Ничего крамольного: разговоры, переписка. Тогда это казалось нормальным. Но по нынешним временам – подозрительно. А Мизулина молчит.

Почему? – задумались мы с художником Богорадом.

И нашли ответ в конце книги. Там, где идет суд присяжных. Судят Валета за кражу пирожков или крендельков.

Суд выглядит примерно так. Белый Кролик говорит, что есть еще улики. Только что был найден документ.

– Почерк обвиняемого? – спросил  присяжный.

– Нет, – ответил Белый Кролик. – И это всего подозрительней.

– Значит, подделал почерк, – заметил Король, он же судья. Присяжные просветлели.

– Я этого письма не писал. Там нет подписи, – сказал Валет.

– Тем хуже, – сказал Король. – Значит, ты что-то дурное задумал, а не то подписался бы.

Все зааплодировали.

– Вина доказана, – произнесла Королева. Приказала рубить голову…

И это британский суд присяжных! Поэтому и не запрещают у нас Кэрролла. Ждут, когда пригодится. Начнут нас англичане еще за что-нибудь клеймить, а мы достанем «Алису» и скажем: на себя посмотрите! У вас такое правосудие, что вообще жуть кошмарная. И ткнем в британский нос книжкой профессора Доджсона.

 

Сергей Балуев