Только 20 процентов хотели бы родиться в нынешней России

Менее 20 процентов респондентов хотели бы родиться в России, если бы имели возможность выбрать страну рождения. Таковы результаты опроса, проведенного журналом «Город 812».

В опросе приняло участие 2200 человек Респонденты могли самостоятельно указать страну, в которой они хотели бы родиться.

45% выбрали те или другие западные государства.

Второй по популярности страной после России оказалась Финляндия (8%). Что, вероятно, стоит понимать, как желание опрошенных жить в Петербурге, но с западными ценностями и порядками (понятно, что только  жители СПб могли выбрать Финляндию в качестве идеального места рождения, непетербуржцы про Финляндию вспоминают редко).

Другой вариант идеального Петербурга  —  «Республика Петербург» (так это место потенциального рождения назвали участники опроса) — здесь хотели бы родиться 7%.

Больше всего голосов набрало еще одно несуществующее государство – Ингерманландия (территория на Северо-Западе РФ, никогда не имевшая собственной государственности, если не считать Северную Ингрию, недолго просуществовавшую во время Гражданской войны). За Ингерманландию проголосовал  441 человек. Что говорит о высокой способности сетевого сообщества ингреманландцев к мобилизации своих сторонников — прорыв на высшую строчку рейтинга из его середины был совершен в течение двух дней, чего в случае «естественного колебания» голосов обычно не бывает.

Ингерманландцы приложили большие усилия, чтобы обойти Россию, и им это удалось.

Остальные ответы не были мобилизационными. По 7 процентов получили США и – они приложили большие усилия, чтобы обойти Россию, и им это удалось. Франция. По 4 — Норвегия и Швейцария. По 3 – Италия, Новая Зеландия и Грузия.

По 2% — Британия и Испания. Мало голосов набрали Германия, Сингапур, Австралия, Турция и Украина.

Очевидно, к прикольным ответам стоит отнести «вообще не родиться» и «Зимбабве».

В ностальгических вариантах  дореволюционная Россия победила СССР. В России до 1917 года  хотели бы родиться 3% опрошенных. А в СССР – только 1%.