«Всё — ложь. Слишком много хлопот я им доставляю». Борис Вишневский об обвинениях

Одной из самых шумных сенсаций недели стала массированная клеветническая кампания против яблочного депутата ЗакСа Бориса Вишневского, начатая близкими к Кремлю и Смольному «пригожинскими» СМИ — медиа-группой «Патриот», поддержанная центральным телеканалом «Россия 24» и получившая солидарный отпор не только от однопартийцев Вишневского и им сочувствующих, но также стороны всей журналистской корпорации Санкт-Петербурга и Ленобласти.

При этом сами медиа-«патриоты» сразу открестились от ответственности за свои изначальные публикации: «Мы не утверждаем, что информация, приведенная в этом письме, является полностью достоверной».

Напомню, сюжетом для «арии дона Базилио» в исполнении пригожинского медиа-пула, стал слух о том, что яблочный депутат якобы — подрабатывая преподавателем в РГПУ им. А.И. Герцена, домогается студенток-первокурсниц, которым, как вскоре выяснилось, Вишневский не читал лекций вообще.

Кому и зачем сё это было нужно? Об этом «Город 812» спросил самого Бориса Вишневского.

— Чем, как вам кажется, вы могли напугать власть так сильно, что вас принялись так массированно и так по-идиотски травить?

— Чем напугал — это надо спросить у них. Скорее всего, что называется, по совокупности заслуг. Я думаю, что всё, что я делаю, вся критика власти, причем критика аргументированная, на которую власть не может возражать по существу — это очень её раздражает. А поскольку по тем или иным причинам не осталось почти никого, кто имеет право с этой критикой выступать на парламентской трибуне, то понятно, что есть желание заткнуть рот немногим критикам-парламентариям, попытаться их дискредитировать, нанести удар по их репутации, когда не получается ответить по существу.

— Но почему этот наезд случился именно сейчас?

— Не знаю. Вполне возможно, что была достигнута какая-то критическая масса, как при ядерном взрыве. До определенной степени еще терпят, а потом начинают понимать, что слишком много хлопот я им доставляю. Мне трудно сказать, чем руководствуются зачинщики, потому что сейчас я не делаю в принципе ничего такого, что не делал вчера и позавчера. Я делаю свою работу по за,eyщите жителей Петербурга от всех тех безобразий, которые им угрожают благодаря действиям властей, разоблачаю обман. Вполне возможно, что властям очень неприятно читать всё то, что я почти каждый день пишу по поводу происходящего с общественным транспортом, серьезным повышением платы за проезд, того, что происходит с городским бюджетом, по поводу попыток построить судебный квартал рядом со Смольным на месте сада, уничтожив три гектара зеленых насаждений – вот всё это, видимо, и накопилось.

— Вы также предложили сократить бюджет на новогоднее оформление города. Это не понравилось не только Смольному, но и некоторым горожанам, если судить по откликам в Сетях…

— Мое предложение заключается в том, чтобы расходы на проведение городских праздников просто сократить до среднего уровня за последние годы. Ведь расходы на будущий год резко выросли! Но с какой, собственно, стати? А за счет сэкономленных средств я предлагаю поддержать молодых ученых. Из 300 миллионов рублей я предложил оставить 200, а 100 – пустить на эту поддержку. Из городского бюджета идут бессмысленные и беспощадные расходы на частную структуру – Западный скоростной диаметр. Полмиллиарда с какой-то стати выделены на полицию. Это за что? За то, что она митинги разгоняет и задерживает тех, кто ходит на улицы с мирным протестом? За это мы должны еще из своего бюджета полмиллиарда заплатить, хотя полиция является федеральной структурой? Проблема в том, что, кроме меня, это никто не говорит в публичном пространстве, в парламенте. Вот, видимо, раздражение и накопилось. Решили отвечать мне на доступном им уровне. А уровень, доступный этим товарищам — это просто облить грязью, абсолютно не заботясь о какой-то правдоподобности обвинений. А зачем? Задача заключается не в этом. А в том, чтобы было как в том анекдоте: «Он украл, у него украли – неважно. Но помню, что речь шла о воровстве!». Это давно известный пропагандистский прием, точно так же действовали и против моих товарищей по «Яблоку», против Григория Явлинского, против Льва Шлосберга, против Евгения Бунимовича в ходе последних выборов в Мосгордуму, где на протяжении месяца весь округ закидывали фальшивыми газетами и рассказывали, что он — педофил. Правда, он выиграл выборы с подавляющим преимуществом, потому что этой откровенной лжи никто не поверил.

— Конечная цель тех, кто распространяет клевету — чтобы к вам перестали прислушиваться? Или есть что-то еще?

— Я думаю, что одна из этих целей — чтобы при упоминании моего имени в первую очередь всплывала эта история, а не обсуждалось то, что я говорю по существу. Но у них ничего не получится. Огромное число приличных и известных людей выступили в течение последних дней в мою поддержку, и я им за это очень благодарен. Всех их мне даже не перечислить, их сотни. Я каждый день получаю сообщения, письма, звонки, комментарии с выражением поддержки — «Мы вас уважаем, Петербург с вами», словами о том, что, конечно, ни один нормальный человек всей этой лжи не верит и не поверит никогда. Я думаю, что у нас в городе такой поддержкой можно гордиться.

— Знаете ли вы тех людей, от имени которых написаны доносы? Или это фантомы?

— Нет, имена эти меняются, меняются гипотезы. Сперва — какая-то доносчица якобы представлена как Кристина. Когда выяснилось, что никакой Кристины нет и не училось в РГПУ вообще за последние годы на моих курсах, следующая версия была, что это имя не настоящее, а измененное. При этом известно, что я никогда не преподавал у первокурсников, например. Жалоб на меня никогда не было. Если у кого-то были ко мне претензии — всегда существовала возможность пожаловаться руководству университета, руководству Законодательного собрания, еще куда-то. Только это должны быть настоящие люди, которые писали бы настоящие заявления, тогда бы их конечно рассматривали. А когда нам рассказывают, что через 5 лет там кто-то о чем-то вспомнил, одна ложь сменяет другую, одна нелепица — другую, когда разоблачаются предыдущие – придумываются новые – то что это? Это — классическая клеветническая компания, рассчитанная на то, чтобы замазать кого-то грязью и заставить оправдываться. Но оправдываться я совершенно не собираюсь.

Это всё — ложь от начала до конца. Могу сказать только то, что уже говорил журналистам: я в своей преподавательской деятельности никогда не имел ни одной проблемы ни по одному вопросу со студентами, и никогда не выходил за рамки учебного процесса. Моё общение со студентами ограничивается ведением у них занятий. За пределами учебного процесса мы с ними не общаемся — если только случайно не встретимся на улице или кто-то не напишет письмо, задав какой-то вопрос.

— Каковы ваши действия сейчас?

— Я подал заявление в полицию, чтобы провели проверку и возбудили уголовное дело о клевете, которая распространяется всеми пригожинскими изданиями, входящими в так называемую группу «Патриот». Абсолютно все СМИ, которые туда вошли, напечатали по несколько десятков гнусных публикаций. Они переписывают друг у друга одну и ту же ложь, и каждый раз от себя еще – видимо, чтобы выслужиться перед хозяином — снабжают её какими-то новыми оскорбительными эпитетами, новыми придуманными подробностями, уже появилось у них сравнение меня с доцентом Соколовым, уже появилось слово «педофилия». Какая педофилия, простите, в вузе?

— Ни одно независимое СМИ в итоге позицию пригожинских медиа не поддержало?

— Ни одно, к чести петербургских журналистов. Никто из них в это не поверил. Союз журналистов, за что я ему очень благодарен, выступил со специальным заявлением, где, в частности, констатировал, что распространители всей этой лжи просто себя ставят за пределы профессионального сообщества и не достойны называться вообще журналистами, а издания, на которые они работают, не достойны называться средствами массовой информации. То, что они делают, это прямое нарушение закона о СМИ, который запрещает распространение слухов под видом достоверных сообщений. Они этим и занимаются.

Но не только о законе надо здесь говорить, но и об этической стороне. У меня в этой связи возникает вопрос: те персонажи, которые сидят и строчат под всеми этими именами — большинство из них фальшивые — все эти заметки во всех этих пригожинских помойках, они понимают, чем вообще занимаются? Видимо, они считают, что деньги не пахнут.

Я не собираюсь взывать к отсутствующей у них совести, но было бы правильно, чтобы эти люди были установлены в реальности, чтобы были известны их настоящие имена, а не псевдонимы, за которыми они прячутся, их у каждого там по 50, и чтобы потом эти люди были бы не допущены в профессию никуда, чтобы ни одно приличное, уважающее себя СМИ их на порог бы не пускало после того, чем они занимаются сейчас. Я бы точно так же реагировал, если бы они вели такую же компанию против любого другого политика, чем они, собственно, и занимались. Они так же травили, хотя не опускались до такой степени ниже плинтуса, Игоря Албина, с такой же степенью низости, как и меня, они травили Максима Резника, это те же самые «СМИ»! И, кстати, они же всячески восхваляли Александра Беглова и его администрацию во время избирательной кампании. Вот тут, что называется, напрашивается вопрос — является ли случайным это совпадение?

— Как реагируют другие депутаты ЗакСа на происходящее?

— Должен сказать, что ни один из них этому не поверил. Подавляющее большинство подходит ко мне и всячески выражает поддержку или немножко посмеивается над нелепостью всей этой пригожинской клеветы. Публично пока выступили только двое — Максим Резник и Алексей Ковалев, который направил обращение в прокуратуру с требованием возбудить дело о клевете и заведомо ложном доносе, обвиняющем меня в совершении преступлений. Спикер Законодательного собрания Вячеслав Макаров назвал всё пустыми слухами. Сказал, что в жизни жалоб на Вишневского не поступало, поэтому верить этому вранью невозможно.

— Можно ли, исходя из степени агрессивности клеветнических кампаний, сделать вывод, что на сегодня в Петербурге есть только два политика, которых можно воспринимать как настоящих, а не фейковых лидеров оппозиции это вы и Резник? Или просто не до всех еще у власти руки дошли?

— Я бы не оценивал, кто является лидером оппозиции, а кто просто честным человеком. Более того, я считаю, что в оппозиции лидеров должно быть много, по сути каждый человек сегодня — сознательный гражданин, которому не нужны «идейные вожаки». Себя я считаю просто одним из тех людей, с кем ассоциируется оппозиция в Петербурге, оппозиция политическая — в силу той позиции, которую я занимаю, в силу моего поведения в Законодательном собрании, на публичных акциях, в других ситуациях. Но я бы не стал называть себя одним из лидеров оппозиции или говорить о том, кто еще к ним относится — это дело общества, дело граждан.

 

Ангелина Скрыпникова