Зачем патриарх Кирилл захотел передвинуть памятник Александру III?

Памятник Александру III, который когда-то стоял на площади Восстания, а теперь во дворе Мраморного дворца, предлагают перенести в Петропавловскую крепость — «на луговое пространство на выезде к Кронверку».  Предлагает это Императорское православное палестинское общество. Пытаясь выяснить, насколько это предложение серьезно, мы поняли, что и журнал «Город 812» стоял у истоков этой затеи.

Императорское православное палестинское общество возглавляют Сергей Степашин и патриарх Кирилл. Если генерал-полковник Степашин (считавшийся когда-то, до Путина, преемником Ельцина), уже давно отыгранная карта, то патриарх Кирилл еще вполне актуальный игрок. Поэтому Смольный решил не сразу отказать Палестинскому обществу, а сначала изобразить каким-нибудь  деятельность. Деятельностью занялся КГИОП — он разослал членам Совета по сохранению культурного наследия Петербурга письма, в которых просил «выразить позицию по вопросу о перемещении».

Как пояснили «Деловому Петербургу» в КГИОП, Палестинское общество обратилось к врио губернатора, он поручил проработать вопрос, что и привело к опросу экспертов.  Пока ни один из опрошенных КГИОП экспертов не выступил за перенос памятник в Петропавловскую крепость.

Пытаясь разобраться, что стоит за идеей переноса Александра III на Заячий остров, мы обнаружили, что «Город 812» и был первым публикатором этой идеи – два года назад в редакцию обратились доктор исторических наук Александр Дегтярев и член-корреспондент Академии художеств России Константин Гарапач именно  с такой идеей – перенести памятник на «обширное луговое пространство на выезде из Петропавловской крепости к Кронверку».

Мы решили вспомнить аргументы инициаторов переноса.

 

Хорошо ли стоит памятник Александру III во дворе Мраморного дворца?

Вопрос о месте установки памятника Александру III работы Паоло Трубецкого обсуждается общественностью Ленинграда–Петербурга с 1937 года. В этом году можно отметить 80-летний юбилей этой оживленной дискуссии. Сейчас памятник стоит в тесноте и обиде во дворе Мраморного дворца. Между тем есть прекрасное место для его установки.

В начале ХХ века знаменитый скульптор Паоло Трубецкой получил почетный и выгодный заказ от российского императорского дома. Предлагалось создать памятник тринадцатому российскому императору, отцу правившего монарха Александру III Миротворцу. Работа заняла около восьми лет. Трубецким было создано 14   вариантов памятника.  Главная трудность, с которой столкнулся мастер, заключалась, видимо, в том, что правдивая реалистическая манера передачи образа невольно создавала фигуру гротескную. Причина крылась в физической натуре императора: исполинский рост (193 см), мощная стать и огромная физическая сила – царь  руками гнул монеты и ломал подковы – с годами сделали его грузным и тучным. Сергей Витте писал о нем: «По наружности походил больше на русского мужика из центральных губерний, к нему больше всего подошел бы костюм: полушубок, поддевка и лапти».

В 1909 году монумент установили на Знаменской площади. В российском обществе памятник вызвал противоречивые толки – от восторженных до насмешливых. Почти сразу после открытия монумента по городу пошел гулять запоминающийся стишок:

Стоит на площади комод,

На комоде – бегемот,

На бегемоте – обормот,

На обормоте шапка!

На Знаменской площади (с 1918 года  — площадь Восстания)

Видимо, подобные настроения повлияли и на Николая II. По свидетельству Александра Бенуа,  он склонялся к тому, чтобы «сослать» памятник в Сибирь, установив его около  Транссибирской магистрали, построенной при Александре III.

Впрочем, и среди интеллигенции находились люди, относившиеся к памятнику позитивно. Валерий Брюсов, например, написал такие строки:

На коне тяжелоступном,

В землю втиснувшем упор копыт,

В полусне, волненью недоступном,

Недвижно, сжав узду, стоит.

 

Путешествие памятника в Сибирь не состоялось, но злоключения монумента только начинались – после 1917 года он подвергся изощренному поэтическому издевательству, на постаменте был выбит ернический стих Демьяна Бедного:

Мой сын и мой отец при жизни казнены,

А я пожал удел посмертного бесславья:

Торчу тут пугалом чугунным для страны,

Навеки сбросившей ярмо самодержавья.

Памятник императору простоял на площади Восстания до 1937 года

В 1937 году памятник был демонтирован во время прокладки трамвайных путей по Невскому проспекту и реконструкции площади Восстания и убран в запасники. Через пару лет его передали Русскому музею. Музейные работники того времени, оценив художественные достоинства творения Трубецкого (в мировой истории монументов он считается выдающимся образцом гротескного решения образа, отвечая при этом всем канонам классического реализма), разместили его в Михайловском саду. Во время блокады памятник был укрыт  мешками с песком и бревенчатым накатом.

В 1953 году несколько камней из его постамента (розовый валаамский гранит) были позаимствованы для сооружения других монументов, а сам памятник был перенесен во внутренний двор Русского музея. В 1980-е годы, в период реконструкции музея его убрали под дощатый колпак, под которым он простоял до 1990 года.

Новые времена, пришедшие в Россию, сопровождались сносом памятников предыдущей эпохи –  в числе прочих был снят с постамента броневик «Смерть капиталу» (считалось, что Ленин с такой бронемашины выступал у Финляндского вокзала), установленный перед филиалом Центрального музея Ленина в Мраморном дворце.  В 1994 году на  месте броневика  установили памятник Александру III. Там  он и стоит сегодня.

Во дворе Мраморного дворца: император заменил броневик

Удачным актом такой перенос вряд ли можно признать. Предпоследний император поставлен перед  домом двух фаворитов своей любвеобильной прапрабабушки (Мраморный дворец  был построен по заказу Екатерины II для ее фаворита Григория Орлова,  а позже в нем жил еще один фаворит Екатерины – Станислав Понятовский). На этом ирония судьбы не заканчивается. Несколько десятилетий в Мраморном дворце размещался Музей Ленина, старший брат которого был казнен за подготовку  покушения на Александра III.

Вклад Александра III в историю России, на наш взгляд,  пока не получил должной оценки российского общества.  При нем были стабилизированы финансы, промышленность росла рекордными темпами, построена Сибирская магистраль. Плюс Александр III остается единственным главой  России, при котором страна не знала войн.

Вопрос о месте установки монумента обсуждается с 1937 года. Его предпоследняя активная фаза пришлась на 2013 год, когда отмечалось 400-летие династии Романовых. Некоторые предлагали поставить памятник на старое место, для чего предлагалось демонтировать обелиск, установленный в год 40-летия Победы. Но городские власти отказались от столь радикального подхода. Взамен было предложено обсудить несколько других мест – в том числе Конюшенную и Манежную площади. В итоге дискуссия ничем не закончилась.

Но вопрос остался. И возник вновь. Несколько месяцев назад директор Гатчинского музея Василий Панкратов обратился в высокие инстанции с предложением перенести памятник Миротворцу к Гатчинскому дворцу, что, по его мнению, заметно увеличит приток туристов. Другими словами, императору предложено из охранников переквалифицироваться в зазывалы.

Предложение вызвало гнев директора Русского музея Владимира Гусева. Он доходчиво заявил, что подобного не может быть, потому что этого не может быть никогда. Памятник – экспонат Русского музея! Так есть и так будет.

Между тем в городе есть великолепное место для  установки этого монумента. Это обширное луговое пространство на выезде из Петропавловской крепости к Кронверку. Оно практически совершенно свободно. Русский музей останется хранителем экспоната, о чем будет сообщать бронзовая табличка на постаменте.

Это место возможного размещения исключительно логично с исторической точки зрения. Петропавловский собор – родовая усыпальница Романовых. Здесь покоится и сам Александр III. Это во-первых. Во-вторых, прилегающее к крепостным стенам большое зеленое поле – удачное естественное окружение для фигуры всадника, как бы выехавшего из ворот крепости. В-третьих, расположенное на другом берегу здание арсенала логично расширяет смысловой ареал монумента Александру III, считавшего, как известно, армию и флот единственными союзниками России. И, наконец, последнее: Петропавловскую крепость посещают около 2,5 миллионов человек в год. То есть познакомиться с шедевром Трубецкого сможет гораздо более значительное, нежели теперь, количество людей.

Александр Дегтярев, доктор исторических наук,

Константин Гарапач, скульптор, член-корреспондент Академии художеств России

 

 

Эксперты:

Памятник выдающийся. Но ему нужна специальная площадь 

 

«Город 812» поговорил со специалистами и заинтересованными лицами о судьбе памятника Паоло Трубецкого. Идею перенести памятник к Петропавловской крепости никто не поддержал. Хотя и нынешнее место нравится не всем.

Дмитрий Каминкер, скульптор:

– Мне с самого начала и сейчас нравится нынешнее место для памятника Александру III. Возвращение его на историческое место не имеет смысла, масштаб ситуации изменился. Тогда были извозчики и пешеходы. А сейчас двухэтажный автобус мимо проедет и сделает памятник маленьким.

Готовой площади для Александра III я не вижу. Создать такую площадь – это задача, возможно, для конкурсного проектирования. Памятник выдающийся, второй в Петербурге  после Медного всадника, а может, и первый. Абсолютно гениальная вещь, ни до ни после импрессионисту Трубецкому, лепившему дам в изысканных платьях, не удавалось ничего подобного. В России его проперла эта мощь и несоразмерность этой огромной страны. А потом он уехал в Италию и вернулся к платьям.

 

Василий Панкратов, директор ГМЗ «Гатчина»:

– Нынешнее место памятника во дворе Мраморного дворца я считаю крайне неудачным. Мне нравится идея временно разместить в музее-заповеднике «Гатчина» памятник Александру III. Гатчина была любимой резиденцией императора, родным домом для его большой семьи. Жаль, что эта идея не находит широкой поддержки.

 

Евгения Петрова, заместитель директора Русского музея по научной работе:

– Позиция нашего музея неизменна. Памятник Александру III, созданный Паоло Трубецким, является неотъемлемой частью нашего собрания. Мы можем рассматривать возможность его выдачи только в одном единственном случае – если будет принято решение о возвращении статуи на историческое место на площадь Восстания. (Пояснение «Города 812»: этот комментарий прозвучал в ноябре 2016 года на показе выставки Паоло Трубецкого в ГРМ).

Вадим Шувалов