Что мешает регионам одолеть Кремль?

На первый взгляд, бессилие Ингушетии, Поморья, Петербурга, Екатеринбурга, Сибири и всех прочих российских регионов в их отчаянных попытках добиться права на свободное распоряжение своей землей, экологией, культурой, политикой, финансами и вообще всей своей внутренней жизнью — в полицейской свирепости государства российского. Во главе которого — грозный царь с новейшей версией перезагруженного опричного войска — на сей раз по имени Росгвардия.

Но в реальности Кремль — не причина, а следствие. А точнее, следствие, бдительно охраняющее причину от «порчи».

Причина же фатальной слабости российского регионализма — в том, что он прямо противоречит старой московской идее «собирания земель», на которой, как на пресловутой черепахе, держатся «три слона» сурковско-уваровской формулы счастья: «православие, самодержавие, путинародность».

Регионализм же выбивает «черепаху» из-под ног слонов и оставляет «глубинного русского человека» наедине со своей реально суровой региональной идентичностью, не прикрытой патриотической мишурой гром-победы-раздавайся-великоросскости.

И русский человек дрейфит. И отступает перед Тараканищем. И делает вид, что не слышит воплей и стонов таких же, как он сам, придавленных державным сапогом соседних регионалов.

И так будет до тех пор, пока у Кремля достанет сил заклинать, что Москва-Россия-Русская земля — важнее любых лесов-байкалов и прочих земельно-мусорных «щепок». Иными словами, так будет ещё очень долго.

Если не вечно…

Даниил Коцюбинский