Директору РНБ Вислому предложили уйти в отставку

В Законодательном собрании  Петербурга  прошли депутатские слушания на тему: «Концепция развития Российской национальной библиотеки». Пришел и директор РНБ Вислый и его противники из Общественного комитета спасения РНБ.

 

Слушания провела 23 октября 2017 года постоянная комиссия по образованию, культуре и науке ЗакСа. Событие оказалось довольно странным: с одной стороны, господа депутаты вроде бы хотели узнать мнение экспертов, в том числе мнение членов Общественного комитета спасения Публичной библиотеки, с другой стороны, регламент, количество приглашенных и заранее установленный временной отрезок для всего обсуждения – полтора часа – исключили у выступающих возможность привести хотя бы какие-то доказательства, дойти до конкретики. Сначала говорили про 5 минут на выступление, а на месте оказалось, что дается три минуты. Конкретика депутатов явно не интересовала, вникать в детали у них времени нет. Заседание провели, галочку поставили – и дальше, дальше, дальше… Приглашенные были обескуражены таким отношением к важнейшей теме «народных избранников».

Начал слушания директор РНБ Вислый, который за 3 минуты уточнил, что в главном здании нет системы пожаротушения, а у библиотекарей должна быть средняя зарплата по региону.  Второй тезис означает, что надо и далее проводить сокращения сотрудников.

После чего Вислый вместо себя отправил на трибуну Лихоманова, бывшего директора РНБ. Лихоманов пять лет просидевший начальником РНБ без смысла и пользы, был снят министерством с выговором в 2016 г., а теперь парадоксально занимает должность советника Вислого (практически не появляющегося в учреждении, которым правительство поставило его руководить). Лихоманов рассказал собранию, когда библиотека возникла, где находится, какие здания занимает, сколько в ней книг, к каким новым высотам она движется… В общем, старательно лил воду. Было забавно смотреть на эту парочку: «пират XXI века» со своей неизменной презрительной ухмылкой и его подручный, который нагло тянул время, отведенное на доклад.

Лихоманову четыре конкретных вопроса задал депутат Алексей Ковалев, потребовавший конкретных ответов, а затем депутаты Борис Вишневский и Оксана Дмитриева. Ни на один вопрос Лихоманов ответить не смог, напоминая студента, который не подготовился к экзамену и потому занимается словоблудием. Некомпетентность и Вислого, и его советника стала очевидной.

Затем с докладом, хорошо продуманным, но излишне корректным выступил доктор исторических наук Борис Колоницкий. Все «подвиги» Вислого за последний год он подробно перечислил и сделал вывод: «РНБ находится под постоянной угрозой авторитарных и некомпетентных решений генерального директора Вислого – решений, наносящих урон и коллективу Библиотеки, и ее историческим зданиям, и книжным фондам».

В заключение Колоницкий предложил создать комиссию для оценки положения РНБ, чтобы затем внести предложения в правительство РФ. А также ходатайствовать перед правительством об отставке Вислого, «который не может оставаться директором РНБ в силу допущенных им нарушений и компрометирующих действий. Эта должность должна быть занята на основе конкурсного отбора человеком, способным адекватно оценить состояние дел в РНБ, представить реальную и новаторскую программу развития РНБ».

Среди конкретных предложений от имени Общественного комитета спасения РНБ были названы отказ от рассмотрения Национальной электронной библиотеки как главного ресурса развития РНБ и принятие мер, препятствующих реконструкции главного здания РНБ без предварительной общественной дискуссии и профессиональной экспертизы. Экспертизе должны быть подвергнуты и планы объединения электронных ресурсов РГБ и РНБ.

После Колоницкого начались трехминутные выступления, которые точнее назвать короткими выкриками.

Первой выступила Зоя Чалова, директор Библиотеки им. Маяковского. Концепция, сказала она, в представленном виде не годится, лишена конкретики. Финал выступления получился ударным: «Больно за РНБ, до чего мы дожили?». Затем концепцию в пух и прах разнес академик РАН Н.Н.Казанский, научный руководитель Института лингвистических исследований.

Потом, хотя и аккуратно, концепцию раскритиковал С.Басов, заведующий Научно-методическим отделом библиотековедения РНБ. Крайне аккуратно выступил сотрудник РНБ А.Кононов, член Совета по сохранению культурного наследия при правительстве СПб и член Градостроительного совета СПб. Стараясь не обидеть своего директора, он вежливо напомнил, что планируемая в РНБ реконструкция запрещена федеральным законом. Знаменитая теперь библиограф Татьяна Шумилова сказала то, о чем гудит вся библиотека: о готовящихся сокращениях сотрудников и о том, что число их и так сокращается, поскольку на замену умерших или ушедших на пенсию никого не принимают, вследствие чего выполнять свои служебные обязанности остающиеся сотрудники уже просто не в состоянии. С критикой концепции выступил и доктор исторических наук, профессор Высшей школы экономики, член Общественного комитета спасения Публичной библиотеки Адриан Селин.

А затем выступили депутаты: Алексей Ковалев, Оксана Дмитриева и Борис Вишневский. Резче, эмоционально и злее всех о концепции сказала Дмитриева: все это общие слова, которые ничего не означают, тут нечего дорабатывать, надо написать заново!

А под занавес дали слово директору РНБ Вислому. Он поблагодарил за критику, обещал все учесть, хотя было понятно, что плевать он хотел на все замечания, и сказал только одно: хотим мы или не хотим, а весь Русский фонд из главного здания вывозить придется, чтобы установить современную систему пожаротушения, без которой он, Вислый, не представляет себе РНБ в XXI веке.

И вот тут я с трудом себя сдержал, чтобы не заорать всем присутствующим и особенно депутатам ЗакСа: Вислый вам врет, снова нагло врет, потому что в библиотеке в Отделе рукописей и в Отделе редкой книги современную систему пожаротушения установили, не вывозя и даже не вынося из помещений фонды! То же самое касается и залов Русского фонда: установить можно, но вывозить ничего не требуется, это чистой воды демагогия, очередная отмазка — лишь бы опустошить главное здание. К тому же в главном здании размещена отдельная пожарная часть – в самом здании, готовая к работе в любой момент, круглые сутки. И обходы они совершают регулярно, и контролируют состояние электропроводки, и средства пожаротушения везде есть.

Но орать я не стал, о чем искренне сожалею.

Ну и несколько слов о моем собственном выступлении, которое я привожу ниже. В тексте 6300 знаков, я начал говорить, вижу – есть реакция у сидящих в зале, глаза загорелись, даже у депутатов, которые сидят в президиуме, проявился интерес… И тут на 1672-м знаке, который я произносил, председательствующий Максим Резник объявил, что три минуты истекли, «караул устал» и с трибуны меня фактически согнал. Произнести я успел только 26% текста.

 

Михаил Золотоносов:

Обсуждаемая Концепция представляет собой смесь банальностей, пустословия и очевидной лжи, но уши все равно торчат. Уши двух губительных для Библиотеки проектов, которые присланный Мединским директор Библиотеки на самом деле курирует:

1) рейдерский захват главного здания Библиотеки и его зачистка от книг и журналов ради устройства здесь пространства для элитных услуг и ресторанного обслуживания, создать ночной клуб.

Пьянку событием делает или присутствие знаменитости или знаменитое место. Мединский и Вислый решили создать в Петербурге такое место – бывшую Императорскую Публичную библиотеку.

2) перехват большей части тех средств, которые в бюджете Минкультуры предназначены для финансирования «бумажных» библиотек, и перенаправления их на финансирование НЭБ, Национальной электронной библиотеки. За 14 лет на НЭБ истрачен 1 млрд. 100 млн. руб. Эти средства фактически вынуты из бюджетов РГБ и РНБ.

Понятно, что при таких задачах ежедневно ходить на работу в РНБ совсем не нужно. Поэтому директор Библиотеки на работе появляется наездами, на рабочем месте его нет неделями.

  1. Рейдерский захват главного здания

Прежде всего, имеется в виду ничем разумным не объяснимая депортация в Новое здание книг Русского фонда, (почти 2,5 млн.) а также остатков Русского журнального фонда (1, 5 млн.) с 1950 года и ряда других фондов типа Обменного с Обводного канала, д. 11.

Корпус Соколова, где хранится Русский фонд, он выходит на Невский пр., знаменитое полукруглое здание, хотят освободить от книг полностью.

Первоначально вторая очередь Нового здания планировалась только как хранилище. Теперь оно уже офисно-хранилищное. Из главного здания сюда переводят два отдела: комплектования и обработки и каталогов, 240 человек, чтобы на две трети освободить еще и дом 18 по Садовой ул. и перенести в него еще что-то из главного здания Библиотеки. Например, остатки Иностранного журнального фонда.

Также сверхактуальной вдруг оказалась задача восстановления интерьеров внутри библиотеки. Потому что без интерьеров якобы не создать – цитирую Концепцию — «оптимальные <…> условия для размещения и хранения фондов, обслуживания пользователей, ведения просветительской, информационной и научной работы».

Тут все ложь: реконструкция вообще никогда не назревала и не назрела, читателям она не нужна. А восстановление интерьеров за счет депортации главной и неоспоримой ценности РНБ – книг Русского фонда – это варварство и безумие. К созданию условий для просветительской, информационной и научной работы это вообще не имеет отношения, эти условия есть и сейчас.

Абсурдно вернуть библиотеку к некоему состоянию, когда в ней были интерьеры, но не было книг.

То есть библиотеку планируют опустошить. Без книг Русского фонда она фактически перестанет быть библиотекой, а станет муляжом, декорацией. О бывшей библиотеке будут напоминать оставленные вспомогательные отделы рукописей, редкой книги, картографии и эстампов. То, что покрасивше.

Цель зачистки, реконструкции и реставрации обозначилась 28 марта 2017 г. с устройством в читальных залах ночного корпоратива «Ситибанка», за что РНБ получила по договору 1,5 млн. руб. Это была первая проба пера. Цель – пространство для проведения платного досуга. Это вызвало представление прокуратуры Вислому, объявление замечания зам. директора Тихоновой и вывод прокуратуры Центр. района о нарушении Федерального закона «О библиотечном деле», Устава РНБ и Правил пользования библиотекой. Это и есть та самая «собственная коммерческая деятельность библиотеки», которая упомянута на с. 27 концепции.

Научная работа с книгами из оставленных отделов без книг Русского фонда вообще невозможна, все оставленное приобретет чисто декоративный смысл. Не для работы, а для интерьера, для раскладки в витринах, что они именуют улучшением экспозиционной работы, которым будут забавлять участников корпоративов, вечеринок и т.п.

2. НЭБ

Вислый является научным руководителем НЭБ, хотя занимает должность гендиректора РНБ. И тут налицо явный конфликт интересов: Вислый из НЭБ отнимает деньги у Вислого из РНБ. На самом деле НЭБ просто паразитирует на РНБ и РГБ,  это «сотрудничество» паразита и организма, из которого НЭБ высасывает ресурсы. У РНБ уже сейчас не хватает денег и кадров, чтобы выполнять свои собственные функции, а Вислый пытается еще сильнее замкнуть РНБ на работу на нужды паразита – НЭБа.

Четыре причины, делающие НЭБ бесполезной для научной деятельности (подробнее см. в журнале «Город 812»):

1) авторское право.

В НЭБ в качестве полнотекстовых документов не могут войти те книги, которые охраняются авторским правом.

2) отбор=цензура.

В НЭБ никто изначально не планировал закачать все книги на русском языке, речь шла и идет о некой выборке из общей массы, которую производит Минкультуры согласно ст. 18.1 Федерального закона «О библиотечном деле» (статья действует с октября 2016 г.).

Здесь нейтральным словом «отбор» заменено слово «цензура». Но если заранее запланирована цензура списка то о какой национальной библиотеке может идти речь?

3) отсутствие гарантий аутентичности электронных копий.

4) отсутствие полноценного поиска.

Поэтому претендовать на то, чтобы стать, как солгали составители «Концепции», «стратегическим ресурсом развития науки, экономики и культуры общества, средством повышения эффективности информационного обмена» у НЭБа нет никаких шансов.

С точки зрения развития науки – НЭБ – это полный нуль и гигантские деньги на ветер. 

3. Главная задача

В Концепции упомянуты источники финансирования РНБ, но нет структуры расходов, указана только оптимизация расходования бюджетных средств, а мы знаем, что делается это за счет сокращения кадров. Но уже сейчас библиотека не в состоянии выполнять своим уставные функции за счет того, что сокращение сотрудников перевалило за допустимый рубеж, вследствие чего резко увеличились сроки обработки книги и доведения ее до читателя, а научная работа просто парализована. Наконец, резко сократилось комплектование, которое далеко не на 100% осуществляется за счет обязательного экземпляра.

Главная задача РНБ сегодня – срочно избавиться от директора Вислого, который Библиотеку губит и погубит, если будет и дальше занимать эту должность.

Спасибо за внимание.

 

И еще два существенных дополнения, которые в связи со слушаниями подготовили сотрудники РНБ Татьяна Шумилова и Евгений Голлербах. Их дополнения касаются Ученого совета, вопрос о котором депутат Ковалев задал Лихоманову, но не получил вразумительного ответа, и о котором сказал и Колоницкий в своем докладе: «От обсуждения важных вопросов развития библиотеки фактически отстранен Ученый совет РНБ. Показательно, что даже вопрос об объединении библиотек там не рассматривается».

От себя добавлю: о каком Ученом совете в РНБ можно говорить, если заместитель генерального директора по научной работе В.Фирсов является неустанным пропагандистом безумного проекта депортации Русского фонда из главного здания и его фактической зачистки.

 

Евгений Голлербах, кандидат филологических наук:

— Во-первых, предложенный дирекцией проект совершенно неудовлетворителен по целому ряду причин. Он не выражает интересы РНБ как национального книгохранилища и профильного научного центра федерального значения. В нем практически нет реальных предложений и идей по развитию РНБ, упор сделан на обещание соблюдения нормативных документов. Никакого развития в этом нет. И не могло быть, при нынешнем качестве руководства библиотекой и при используемых теперь технологиях составления ее важнейших планов.

Поэтому, во-вторых, для восстановления качества руководства РНБ необходимо вернуться к прежней системе назначения руководящих и научных работников, включая директора РНБ, — по конкурсу. Это позволило бы существенно исправить сегодняшнюю ненормальную ситуацию. В течение ряда лет, при прежних директорах, Шилове и Зайцеве, замещение всех вакантных должностей производилось в соответствии с «Инструкцией о порядке замещения должностей научных работников научно-исследовательских учреждений», утвержденной постановлением Президиума АН СССР 14 декабря 1962 г. № 962. Авторитетная конкурсная комиссия, включающая тех, кого она должна включать, принимала решения такого рода по результатам рассмотрения заявлений и документов, представляемых соискателями (в том числе автобиография, список публикаций, дипломы об образовании и ученой степени, рекомендации и характеристики). Эта система в целом обеспечивала доброкачественность принимаемых решений, но была ликвидирована при Лихоманове, — когда без конкурса был назначен на должность руководителя научного Отдела истории библиотечного дела Андрей Антоненко, один из основных авторов нынешнего проекта.

В-третьих, обязательно должна быть восстановлена система квалифицированной научной экспертизы принимаемых в РНБ решений, а именно – необходимо восстановить Ученый совет, фактически ликвидированный Лихомановым приказом   от 22.12.2011 г. № 439 Об утверждении Положения об Ученом совете РНБ и его персонального состава». Существующий в настоящее время в РНБ «Ученый совет» не является фактическим ученым советом, — он включает только назначенных дирекцией заведующих подразделениями, половина его членов не имеет не только ученых степеней, но и способностей удовлетворительным образом обсуждать что бы то ни было. Вроде заведующих Отделом фондов и обслуживания или Отделом внешнего обслуживания. Кроме того, он не обладает реальными полномочиями. Все это создает серьезные проблемы для РНБ,  доказательством чего и является предложенный теперь на обсуждение документ.

 

Татьяна Шумилова, главный библиограф Информационно-библиографического отдела:

— На самом деле система конкурсного замещения для заведующих отделами закончилась гораздо раньше, еще при Зайцеве. Так, с прибавкой «и.о.» был назначен на должность заведующего информационно-библиографическим отделом Андрей Антоненко (в котором он пробыл едва ли год, уйдя из библиотеки), это был, если не ошибаюсь, год 1991-й. На его место посадили Жабко, сначала тоже и.о., затем это плавно перетекло в постоянное наместничество. И, как мне кажется, Бучина была поставлена заведующей Отделом рукописей также без всякого конкурса (и без ученой степени, но это был не самый плохой вариант, хотя какой-то конкурс поначалу вроде был, по нему не прошел Мельников). Видимо, что-то изменилось и на федеральном уровне, потому что лично мне Зайцев заявил: «Я – генеральный директор, не выбранный, а назначенный, а потому отчитываться перед вами не обязан».

 

Михаил Золотоносов