История про Великого Магистра, детей и деньги

В хмурый день, осенью, в дождь, в Гатчину нагрянул гость – Князь и Великий Магистр Мальтийского ордена, глава знаменитых рыцарей-госпитальеров. Он прибыл в Россию с государственным визитом, и с ним все Правительство – Великий Канцлер, Хранитель Общей Казны, Великий Госпитальер, другие рыцари; не было только Великого Командора, он остался в Италии. А в Гатчину приехали взглянуть на Приоратский дворец, о котором узнали накануне на дипломатическом приеме.

Приоратский дворец

Дворец при Павле строили для госпитальеров. Никто из них в него так и не вселился. Даже не интересовался никто никогда. Что могло быть общего между прославленным орденом и серым гатчинским захолустьем? Ведь это даже не Петербург. Так думали члены Правительства, вылезая из машин под моросящий дождь. Ни один не был похож на рыцаря или монаха: ни доспехов, ни оружия, обычный костюм, галстуки, ботинки. Об Ордене напоминали только мокрые флажки на капотах автомобилей.

Они не приехали бы в Гатчину, если бы не любознательность Великого Магистра. Его недавно избрали, его побаивались и говорили, что он будущий реформатор.

К дворцу подъехали так близко, как только смогли. Дальше не позволяла грязь, разъезженная колесами. Это тоже всех удручало. Особенно был расстроен старейший из рыцарей – Великий Госпитальер. С больными ногами он лучше бы остался в Италии, как это сделал умнейший –  Великий Командор.

Дворец оказался совсем маленьким. Магистр как-то сник, увидев его. Два этажа, небольшая башенка и скромная капелла. В нем могла бы разместиться семья фермера или обедневшего синьора. Директор дворца Тамара Николаевна, нервная и восторженная дама, встречала гостя у машины и поняла сразу: он разочарован. Она подумала о сказочных римских палаццо и смутилась. Рыцарей провели в комнаты дворца, тоже небольшие и скромно украшенные. Оробевшая Тамара Николаевна начала свой рассказ. Сначала о строительстве дворца из земли и его архитекторе, русском Микеланджело, затем об Императоре Павле.

Магистр слушал и молчал. Понять его настроение было невозможно. Совсем растерявшись, Тамара Николаевна бросилась рассказывать про то, что любила больше всего: про Орден. И показалось, что гость заинтересовался. Это ее воодушевило и успокоило. Она стала говорить об Иерусалиме и Гробе Господнем, о Крестовых походах и битве за Акру, о героических днях на острове Родос и осаде Мальты. Ни разу в этих местах она не бывала, но разве это имеет значение, когда говоришь о мужестве, самопожертвовании, о  служении людям и идеалам? Даже о современных заботах Ордена она знала очень много. О делах милосердия, благотворительности и медицине.

Экскурсия завершилась. Магистр еще помолчал, потом тихо спросил: «Вы всем это рассказываете?» «Конечно, – ответила она. – Это очень интересно и нужно всем людям». Магистр почему-то обернулся и строгим взглядом посмотрел на свою свиту.

Из комнат пошли в дворцовую капеллу. Заглянули и остановились на пороге. В центре зала стоял человек в красном плаще с большим белым крестом и что-то громко говорил. В руках он держал деревянный меч. Напротив, на стульях, расположился целый школьный класс – два десятка ребят. Они зачарованно слушали.

«Это кто?» – удивился Великий Магистр. «Это Великий Магистр Мальтийского ордена», – вырвалось у Тамары Николаевны. Она снова растерялась. Она совершенно забыла о детской группе из гатчинской школы, что записалась еще на прошлой неделе. Может, надо было отменить? «Это наш экскурсовод Дима, – заторопилась она. – Он всегда так одевается, когда дети приходят». «О чем он рассказывает?» – «Об Ордене. О его истории. О традициях, ритуалах… Очень популярная экскурсия-игра…»

«А сколько у вас всего людей бывает?» – продолжал расспросы Магистр. «В год  сорок тысяч», – пробормотала Тамара Николаевна. Как она могла забыть? Подумают, что она специально детей собрала и экскурсовода нарядила.

«Сорок тысяч в год», – громко повторил Магистр и опять строго оглядел свою свиту.

«Тамара Николаевна, я же работаю!» – зашипел подскочивший экскурсовод Дима. – А у вас группа…»

«Дима! – вскричала вдруг Тамара Николаевна. – Это же Великий Магистр Мальтийского ордена! – И она бросилась к детям. – Дети, сегодня счастливый день. Такого больше не будет. С нами настоящий рыцарь,  главный рыцарь на Земле, мальтиец, сам Великий Магистр. Да нет же, не этот! Вот он! Вы можете с ним сфотографироваться!»

Стало шумно, капелла заполнилась гостями. Все говорили, фотографировались и улыбались.

Перед отъездом в Петербург обедали в ресторане. Великий магистр поднялся из-за стола. «Я вот что вам скажу, господа. У нас есть дворцы. У нас есть деньги. Мы обладаем сокровищами и шедеврами. А много ли детей приходят посмотреть на них и узнать о нашем великом прошлом?  Вы слышите меня, Великий Канцлер? А вы, Хранитель Общей Казны? Много? Да нет, единицы. А здесь, в небольшом городе, в скромном музее, на краю Европы, – ежегодно сорок тысяч восхищаются нами. Я хочу, чтобы вы запомнили то, что я сказал».

Он сел. Правительство молчало, понурив головы. Магистр взял в руки бокал вина, поднял его и улыбнулся. И стало ясно, что он сказал тост. Все стали чокаться и говорить. Только сидевший поодаль Великий Госпитальер упорно вглядывался в лицо Магистра. Он больше не жалел, что не остался в Италии вместе с Великим Командором.

Василий Панкратов, директор ГМЗ  «Гатчина»

На фото: рыцари Мальтийского ордена на современном этапе