Для «Города 812» Борис Николащенко был важным собеседником: он умел объяснить, где частное строительное решение становится общей городской проблемой. В спорах об Апраксином дворе, высотных ограничениях, историческом центре его интересовали последствия, которые обычно остаются за рамкой презентации. 11 сентября Борис Васильевич умер. Ему было 88 лет.
.
От карты страны к плану города
Его профессиональная биография охватывает больше полувека: после окончания ЛИСИ в 1960 году — «Гипробум», первая мастерская «Ленпроекта», работа над западной частью Васильевского острова, генеральным планом Ленинграда, проектами Павловска и Кронштадта. Такой опыт приучает видеть в здании участника довольно сложных отношений. Высота, удачная для одного участка, может оказаться неудачей для целой набережной.
Склонность мыслить крупными территориями обнаружилась еще в институте. К студенческим годам относится история письма Хрущеву с предложением перенести столицу ближе к географическому центру СССР. В ней есть и наивность оттепели, и профессиональная дерзость: студент счел расположение Москвы вопросом, открытым для обсуждения.
Впрочем, серьезность намерений вполне уживалась с карикатурой. Вместе с товарищами Николащенко делал «ЛИСИфильм» — большие рисованные листы с последовательностью кадров, репликами и институтскими сюжетами. Название обещало кино, техника была ближе к комиксу. Профессия уже давала достаточно материала и для размышлений, и для насмешки.
.
Пространство под охраной
Позднее эти два занятия — рассматривать большое целое и замечать несообразности внутри него — сошлись в работе, значение которой трудно передать обычным перечнем проектов. Николащенко участвовал в подготовке ленинградской номинации ЮНЕСКО. В 1990 году в Список всемирного наследия вошли исторический центр и связанные с ним комплексы памятников, включая пригородные ансамбли. Само устройство объекта закрепляло принцип: ценность Петербурга заключена также в планировке, водных пространствах и связях между частями города.
- Исторический документ ICOMOS по включению Ленинграда в Список всемирного наследия, 1990 год
У этого подхода были вполне практические последствия. Сохранить дворец недостаточно, если новая застройка уничтожает условия, в которых он воспринимается. Можно отреставрировать все фасады на площади и при этом испортить саму площадь. Пространство труднее описать в охранном документе, чем лепнину, зато утрата его бывает заметнее.
Спор об «Охта-центре» сделал эту разницу понятной далеко за пределами профессии. У башни есть адрес и границы участка; её присутствие в панорамах этими границами не ограничивается. Поэтому вопрос о высоте нельзя решить только между владельцем земли и согласующим ведомством. Работа Николащенко над высотным регулированием исходила именно из масштаба такого воздействия.
- Официальная карта объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников»
.
Возраст по обмерам не восстановить
В Апраксином дворе та же проблема возникла на уровне исторической застройки. Формула «снести и воссоздать» предлагала считать сохранением сходство будущего фасада с прежним. Николащенко возражал против этой подмены. Воссозданный корпус может повторить обмеры утраченного; возраста и подлинности обмеры ему не возвращают.
При этом изображать Николащенко единственным защитником комплекса было бы неточно. В 2010 году историко-культурная экспертиза также потребовала отказаться от сноса, и первоначальную концепцию пришлось пересматривать. У сохранения были профессиональные основания, конкретные авторы и документальные результаты — обстоятельство существеннее красивой легенды об одиноком несогласном.
- Апраксин двор. Конец XIX – начало XX века
.
Вопросы к проекту
Его последовательность легко принять за консерватизм, если забыть, сколько он сам занимался развитием города. Новое строительство было для него нормальной профессиональной задачей, требующей доказательств: почему здесь, почему такой высоты, что произойдёт с окружением. С годами эти вопросы приобрели репутацию препятствий для инвестиций, хотя прежде составляли содержание градостроительства.
Для нас Николащенко был ценен именно этой требовательностью к объяснению. Он возвращал разговор от эффектного изображения к плану, разрезу, панораме — туда, где обещания проекта уже можно проверить. После разговора с ним становилось понятнее, что именно изменится в Петербурге и почему это касается людей, которых на презентацию не приглашали.
Алексей Шолохов
На заставке: Борис Васильевич Николащенко / heritage-expert
