Почему писатели не должны выступать в роли морализаторов? И почему у них это всякий раз очень плохо получается – Толстой, Достоевский тому наглядные примеры?
Не только потому, что они залезают на чужую грядку: философскую, публицистическую и т.д.
Важнее то, что само по себе писательское ремесло – жанр аморальный. Ибо писатели – не только «инженеры человеческих душ», но и их похитители. Они крадут души и судьбы реальных людей и превращают их в своих персонажей – фикшн-зомби-киборгов, чьи траектории всегда подстроены под замысел текста и всегда примитивнее и легче реальной человеческой судьбы. Даже в жанре литературы абсурда или трагедии.
Прометей прикованный – проще и легче каждого из нас, прикованного к своим страхам, надеждам и болям…
И даже когда писатели не совершают прямого подлога, подобного пушкинскому в случае с Сальери и Борисом Годуновым, они всё равно крадут и переплавляют краденое.
Но может ли вор быть успешным моралистом?
Вопрос, как говорится, риторический.
Даниил Коцюбинский
