Вот я здесь внимательно послушала, о чем вы говорите, оттого так вам скажу – и вечный бой!
Хотите, чтобы всё горело внутри (снаружи уже, слава богу, само поободралось)? Чтобы зазвенели вы, как стальной клиночек? Чтобы вихрь с головы до пяточек? Чтобы перчатку с правой руки на левую, а то и вообще в чью-нибудь физиономию швырнуть с расстояния в пять шагов? Чтобы импланты плавились во рту от жажды?
Тогда вам срочно надо переселяться в дом с ночником. Нет. Ночник — это не какой-нибудь красный фонарь. Если бы. Под красным фонарем обычно – чинно, благородно, по-прежнему, так сказать, с толком, с чувством, с расстановкой. Это кому надо фонарь – магазин, торгующий алкоголем круглосуточно, без перерывов и выходных. Ночник – фонарь для жаждущих.
Спросите меня за такой ночник. И я вам отвечу: их есть у меня. Один, но какой!
После десяти вечера магазин превращается, не побоюсь этой метафоры, в Александрийский столп, куда не зарастет народная тропа, как известно. И вроде бы казалось, что мне до этого? Живи, радуйся популярности, думай, что не хуже царей устроилась – все флаги нынче в гости к нам. Почти на Дворцовой. Но когда всю ночь практически под твоим окном стоят вопли, обсценная лексика, плач, лай и обло, то к утру сто процентов обнаружишь у себя – скрежет зубовный. При том, что большие любители выпить – по совместительству являются еще и любителями собак. Пока хозяева радостно обмениваются матом, их собаки лаем.
Ладно, собаки, а какие у них дамы? Фантастика! Блоковские незнакомки! Дыша водярой и туманами, ложатся прямо на асфальт. Или как там? Осыпаются? В теплое время года их звонкий матерок, словно ветерок, влетает в открытые от жары окна. Их смех, трепетными ландышами, покачивается на подоконнике, то в одном окне, то в другом. Белые ночи. Белое. Гармония в моменте, в цвете, в музыке слов, в вайбе. И вот уже ты, расчувствовавшись, сжимаешь в своих объятиях подушку со всей силы. Сильнее, сильнее… Завидуешь.
А какие женщины работают в ночниках! Все как на подбор из «Тысячи и одной ночи» на минималках. Для бедных. Вроде и восточные, но без танца живота. Вроде и нежные лани, пускай и не первой свежести (на себя посмотри), но отважно продающие по ночам алкашку нетрезвому потребителю, рискуя собой. Хотя, конечно, ничто так не красит женщину, как объем продаж водки. Что характерно, все курят как на подбор. Чуть не написала – «Черномор». Вспомнила знаменитые папиросы. Петербуржский житель значительно потемнел с того времени, когда «Беломор» был в фаворе. Я слышала, что на Востоке женщинам не принято курить. Врут, значит. Такие же, как и мы.
А вот это – не знаете, не говорите. Думаете, никто не обращался? Летом каждую ночь кто-нибудь из жильцов звонит в полицию. Ага. И полиция прямо, как Чип и Дейл, глазом не моргнешь – мчит на помощь. Нет. Вообще не приезжают. Мало того, что правоохранительные органы недоукомплектованы, со слов самих органов, так еще вечно, как ни позвонишь – на срочных убийствах. Интересно, а проводились исследования на предмет: коррелирует ли количество убийств с количеством ночников на районе? Вопрос риторический. Я спросила, они не ответили. К тому же таксисты поговаривают, что хозяева ночников полиции за хлопоты доплачивают. Врут, наверное. Что с этих таксистов взять. Им бизнес оговорить, что снег окропить. Кстати, зимой шум умерен, то ли оттого, что на морозе долго не поорешь, то ли оттого, что окна в доме закрыты. Так, только слабые отголоски доносятся, как стон бурлаков с Волги.
И в Роспотребнадзор. Писали. Мы писали, мы писали, наши пальчики устали. А он? А он говорит – докажите! Представляете?!
Типа я попрусь ночью в магазин, где меня каждая Лейла знает, водку покупать? Ага. С включенной камерой наперевес через строй из двенадцати разгневанных жрецов огненной воды. Реанимации и без меня переполнены. Надо у таксистов поинтересоваться насчет Роспотребнадзора. Подозрительно безмолвствуют таксисты. Они врать не могут.
У меня есть соображение насчет того, что эпоху губернаторства Беглова потомки будут называть эпохой ночников. И нисколечко не придумываю. Воображение так себе. Исключительно голые факты. Например, петербургский писатель Сергей Авилов в своем последнем романе, вышедшем в 2026 году, «Мы были почти счастливы» подробно описывает такой городской ночник, как признак нашего времени. Хронотоп. Тем более что Авилов тоже не какой-нибудь там мечтатель, фантаст или абсурдист, не дай бог. Авилов – крепкий реалист. А как известно, то, что написано пером, то и Раскольников не вырубит топором.
Клара Шох
На заставке: эстетика петербуржского ночника (магазина, предположительно торгующего алкоголем 24/7). Никаких опознавательных знаков (слово «продукты» заклеено, хотя они там тоже имеются в качестве закуски, видимо), а тем более — никакого режима работы. Навесной замок. Концептуальный минимализм. 2026 год, СПб, Новоизмайловский проспект, д. 34. кор. 1. Фото автора
