Следите за мыслью
О сквернословии и царевне-лягушке
Салтыков-Щедрин когда-то выделял в Петербурге три расходящиеся зоны, различающиеся терпимостью к сквернословию. В первой, в центральной, сквернословие запрещено полностью; во второй оно дозволяется не по произволу сквернословящего, но по заслугам сквернословимого; в третьей же, истинно народной, сквернословие дозволяется безо всяких ограничений. И было бы странно, если бы с развитием демократии третья зона не расширялась, поглощая…
Кукушка, кукушка, сколько мне осталось?
Чем-чем, но депрессиями никогда не страдал. Однако, прикладывая у турникета метро проездную карточку пенсионера, мне часто становится не по себе. Потому что постоянно вижу слова «Остаток дней» и за ней уменьшающуюся с каждым днём цифру. Прямо какой-то период дожития, как принято говорить в пенсионном фонде.
О коллективной вине и коллективной гордости
Я не чувствую никакой «коллективной вины» так же, как и «коллективной гордости». Не способна на это. Допускаю и понимаю, что человек может гордиться какими-то собственными достижениями («ай, да Пушкин!..), но у меня и с этим не сложилось, ничего я такого, достойного, не достигла сама. А как можно гордиться победами или, например, литературой на том основании,…
Небесная петербургская линия Татьяны Москвиной…
Умерла Таня Москвина. Корабль живой петербургской словесности опустел окончательно. Так мне кажется сейчас. Взлетели с мятежной палубы в туманно-солнечную высь один за другим Виктор Топоров, Дима Циликин, Самуил Лурье… Теперь вот взмахнула незримыми крылами Таня…
На «Ласточке» в Псков. Заметки пассажира
Впервые довелось прокатиться на еще одном «птичьем» поезде – «Ласточке» (у РЖД есть еще «Сапсаны» и «Стрижи»). Ехала в Псков из Петербурга. «Ласточка» не для долгих путешествий, сиденья в ней не меняют наклон спинки, а туалеты только в первом и последнем вагоне.
Что придёт на смену захватившим мир антиутопиям Оруэлла и Хаксли?
С большим интересом и удовольствием прочитала книгу Даниила Коцюбинского «Новый тоталитаризм XXI века. Уйдёт ли мода на безопасность и запреты, вернётся ли мода на свободу и право?» Ничего подобного на русском языке мне читать ещё не приходилось, так что рекомендую!